Завтрак у Тиффани (Breakfast at Tiffany's)

Я думала, что он обычный мерзавец, а он мерзавец — каких поискать!

Туи, ты очень стильная женщина. Так не могли бы мы расстаться так же стильно?

Знаешь, что с тобой не так? Ты трусиха. И больше ничего. Ты боишься поднять голову и сказать: «Жизнь есть жизнь». Люди влюбляются, люди хотят принадлежать друг другу, потому что это единственный шанс стать счастливыми. Ты называешь себя свободной, дикой. И ты так боишься, что кто-то посадит тебя в клетку. Детка, ты уже в клетке. Ты сама ее создала... Она всегда будет с тобой, потому что, куда бы ты ни отправилась, от самой себя тебе не убежать.

Погодите, как это? Я же тебе нравлюсь! Я всем нравлюсь! Я заплатил за пятерых твоих друзей, которых даже не знаю! Ты попросила мелочь на дамскую комнату, а я тебе дал целых 50 долларов! Это дает мне определенные права!!!

Коль уж назвался сумасшедшим, так держи марку!

Отсюда до двери четыре секунды. Я даю тебе две.

В этом мире нам ничего не принадлежит. Просто мы и вещи иногда находим друг друга.

Вы можете сказать, что о вас думает мужчина, по тому, какие он вам дарит серьги — с абсолютной точностью!

Грустно — это когда ты толстеешь или когда идет дождь, а когда лезешь на стенку, это по-другому, ужасно, начинаешь бояться сам не знаешь чего. <...> И тогда единственное спасение — прыгнуть в такси и поехать к Тиффани, там я сразу прихожу в себя, там все так тихо и благородно, там с тобой ничего плохого не случится… Если бы я себе нашла такое место, как Тиффани, я бы сразу купила мебель и дала имя коту. =============================== Зелёная тоска — это когда поправишься или когда дождь зарядит, когда просто грустно. А вот чёрная тоска — это кошмар, тебе всё время страшно, а от чего — непонятно. <...> Меня в таких случаях спасает лишь одно — прыгнуть в такси и умчаться к Тиффани, там я сразу же успокаиваюсь. Его тишина и величие умиротворяет меня. Там не может случиться ничего плохого. Если бы я нашла себе местечко, в котором мне было бы так же уютно как в Тиффани, я купила бы какую-нибудь мебель и дала коту имя.

Я безумно влюблена в Хосе. Я бы даже курить бросила, если бы он попросил!

Не помню, чтобы я пил шампанское до завтрака. За завтраком случалось, но никогда до.

У меня есть чудесная мысль: давай целый день делать то, чего мы никогда не делали. По очереди, сначала ты, потом я. Хотя я уже, кажется, делала в этой жизни всё.

— У вас часто бывает такое ощущение, будто крысы на душе скребут? — Вы хотели сказать, кошки? — Да нет. «Кошки» — это когда ты потолстела на пять килограммов или за окном идет проливной дождь. А крысы — это гораздо хуже.

Мы с этой кошкой очень похожи. Мы обе бедные, безымянные растрепы.

— Холли, я люблю тебя! — Ну и что? — Ну и что?! Много чего! Я люблю тебя. Ты моя. — Нет. Люди не бывают чьими-то. — Ещё как бывают. — Я никому не дам посадить себя в клетку! — Я не хочу сажать тебя в клетку, я хочу любить тебя. — Это одно и то же. — Нисколечко. Холли! — Я не Холли, и не Лула Мэй! Я не знаю, кто я! Я как мой кот. Мы безымянны, никому не принадлежим и никто не принадлежит нам. Мы даже друг другу не принадлежим! <...> — Люди влюбляются и принадлежат друг другу! Потому что только так они могут быть счастливы!

Я обожаю бриллианты. Хотя я считаю, что носить бриллианты девушкам до 40 — это дурной тон.