Выгораю на солнце! Рвусь на части! Одинок и холост, но в принципе счастлив, Не понимаю, зачем я и что меня держит, одной ногой в земле, но во мне есть стержень! Вокруг суета и шум, серьезные лица, люблю свободный полет, но не люблю птиц я, И несмотря на страх и смену режимов, просто, в своих руках сильнее держи меня!
Кто бы что не говорил, но каждому свое. Можно из искры разжечь огонь, а можно ничего не делать И сидеть в ночи, пальцем рисовать хуйню, Главное, что все оценят! Главное, что все поймут.
Не будь плохих девочек, кто бы снимался в порно? Не будь плохих диктаторов, о чем писал бы Оруэлл? Не будь паузерн-рэпа или рок-н-рола - Не осталось бы сейчас на свете ничего святого.
Что будет, если мне нажать на стоп-кран Прямо здесь и сойти, скрывшись в кустах, Построить шалаш в неизведанных диких местах, Лопая смородину, провожать поезда?
Безрассудный ум, как правило, озабочен, Нетерпимостью к тому, что сам определил порочным. Фанатичная тяга к невинному — не иначе. Как типичное лицемерие — х*йня собачья.
Времени вагон, вроде, но я вечно занят, В моей природе все идет строго по расписанию. Все минуты забиты важными делами, Главное — успеть в сроки, не проебать дедлайны. <...> Хочу минут 15 слегка проветрить череп От бесконечных речей и их пустых значений, Хочу спрятаться куда-нибудь, чтобы без палева. Никого не слышать, ни с кем не разговаривать, Пора бы нажать на «стоп», пора бы сделать паузу, Залезть к Богу под юбку или к черту за пазуху. Абонент недоступен, его все заебало (все), «Оставьте сообщение после сигнала».
Я соблюдаю режим, радуюсь, что жив, Времени вагон, релакс, некуда спешить. Улица кишит людьми, а вокруг ни души, И только телефон в кармане глухо дребежит.
Мой океан идеален, пусть и выдуман весь он, В нем нет авралов, тревог, волнений и стресса. В нем для проблем и забот нет свободного места, Тут только я, кислородный баллон и синяя бездна.
То ли бессонница, то ли бессмыслица, Может, нам стоит как следует выспаться... Может, мы спим и нам всё это снится, И время стекает в пустые глазницы. То ли бессонница, то ли бессмыслица, Может, нам стоит как следует выспаться... Может, мы спим и нам всё это снится.
Этот тяжелый булыжник мог быть заложен в кладке Стены собора старой Европы или в Кельтском замке. Мог лежать на дне Байкала или вершине Эльбруса, Но по воле судьбы он попал в строительный мусор.