Что больна — не беда, грешным людям это очищение; как ржа от огня очищает железо, так и болезнь врачует душу.

Я любила твой смех, твой голос. Я за душу твою боролась. А душа-то была чужою, А душа-то была со ржою. Но твердила любовь: — Так что же? Эту ржавчину уничтожу!

Ибо что такое человеческая душа, как не резвящееся пламя? Да, да, она и есть огонь! Она вспыхивает в самом человеке, охватывает его и кружится над ним, точь-в-точь как огонь вспыхивает в серых поленьях, охватывает их и кружится над ними. Когда те, кто собирался зимними вечерами вокруг полыхающего огня, молча сидели часок-другой, глядя в очаг, огонь заговаривал с каждым из них на своем собственном языке.

Тщетно, о меру в печали забывшая, Душу ты точишь тоской неустанною; В ней нет решенья бедственной загадки: К чему ж нести мук бесплодных бремя?