Я хочу в тебе уничтожиться, то есть я хочу быть тобой. Но тебя уже в тебе нет, ты уже целиком во мне. Пропадаю в собственной груди (тебе). Я не могу пропасть в твоей груди, потому что там тебя нет. Но может быть я там есть? (Взаимная любовь. Души поменялись домами.) Нет, и меня там нет. Там ничего нет. Меня же нигде нет. Есть моя грудь — и ты. Я тебя люблю тобой. Захват? Да. Но лучше, чем товарообмен.

— Я хочу отправиться в космос. — На сколько? — Не знаю. Может, на год. — Это то, что ты хочешь? И ты уверена. — Да. — Тогда... Тогда ты должна отправиться. Должна. Я могу много значить для тебя, Кэрол Дэнверс, но я не стану тем, кто будет тебя удерживать. — Будешь кормить мою кошку? — Нет. Ни за что.

Терпеть не могу когда люди говорят, «у меня нет выбора», «Мне не везёт», «Уж лучше я буду терпеть боль в себе». Я не знаю, что меня ждёт в будущем, и поэтому я ничего не хочу откладывать на завтра. Я стараюсь делать все, что могу сегодня. Я буду сражаться до самого последнего момента.

— Почему ты не боишься? <...> — А чего мне бояться? — спрашивает он. — Того, что будет после того, как ты умрёшь. — А что будет? — Я не знаю, что будет. — Тогда чего бояться? — спрашивает Освальд. — Я думаю, что, наверное, ничего не будет. А если там лучше, чем ничего, то тоже хорошо. — А если хуже, чем ничего? — Нет ничего хуже, чем ничего. Но если там ничего нет, я об этом всё равно не узнаю, потому что меня тогда тоже не будет.