Если лицо совершенно меняется от того, сверху или снизу его осветить, — чего же стоит лицо? И чего же всё вообще тогда стоит?

Политики, словно подгузники. Их нужно чаще менять. И по той же причине.

Если слава тебя меняет, значит, идёт не впрок, мешает и разрушает как личность.

– Ты вчера работала, да? – Нет, я ходила ужинать. – С кем? – С Люцифером. – Если ты не работала – значит, это свидание? С цветочками, свечами и песнями про то, что надо делать голышом? – Нет. Определённо нет. Это было не свидание, правда. – А чего ты тогда покраснела, мама? – Ничего я не покраснела.