— Можно ли убивать с верой в бога? — Да только так и происходит... Перекрестясь режут, помолясь пытают, отслужив молебен — лютуют и насилуют. — Неужели никто не замечает? — Замечают. Однако и здесь есть лазейка... Если смерть — это второе рожденье, то убивать можно. Бог послал меня убить, чтобы убитый родился на тот свет. Логично? — Сердце с этим не примиряется. — Вот сердцу и верь.
— Можно ли убивать с верой в бога? — Да только так и происходит... Перекрестясь режут, помолясь пытают, отслужив молебен — лютуют и насилуют. — Неужели никто не замечает? — Замечают. Однако и здесь есть лазейка... Если смерть — это второе рожденье, то убивать можно. Бог послал меня убить, чтобы убитый родился на тот свет. Логично? — Сердце с этим не примиряется. — Вот сердцу и верь.
Перекрести меня милая мама, трудную дорогу выбрал твой сын. А если не сможешь, я сам себя перекрещу, покаюсь пред Богом в грехах, за тебя помолюсь и на коленях в небеса, — я прощения за всё у тебя попрошу.
— Знаешь, падре, прямо сейчас и каждый день в мире кого-то мучают, грабят, убивают, насилуют... Где при этом находится Бог? — В сердцах тех, кто с этим борется.
