— Прости нас с матерью, сынок. — Да ты чё, бать? — А чё мы тебе дали? — Жизнь. — А что с ней делать, с такой жизнью? А вон погляди на нас с матерью. Собачимся каждый день. Ни любви не осталось, ни радости. И тебя жизни не научили. Все, что с тобой случилось — это наша вина. — Перестань, бать. — А люди вон, вагонами воруют, по головам идут и живут, горя не знают... А ты вон, эти трубы поганые чинишь. Людям помочь хотел, от смерти сберечь, а тебя того и гляди самого грохнут. Уезжай, сынок. Никогда тут по-другому не будет. Никогда.

Слушай, поганое сердце, Сердце собачье мое. Я на тебя, как на вора, Спрятал в руках лезвие.

— Сергей Александрович Есенин

— Дилан, я люблю тебя…и никогда не переставала любить…и никогда не перестану… Я не навсегда уезжаю, Дилан… Дай мне залог, чтобы вернуться. — Я буду аплодировать тебе издалека.

— Брэнда Уолш

— Когда тобой командует гражданский чин, смотри в оба, сынок. И не забывай, что даже Нельсон прикладывал подзорную трубу к слепому глазу, когда им помыкал какой-нибудь олух в парт…

— Джеймс Клавелл

— Пришёл меня грохнуть? — Я не хочу тебя грохнуть. — Ещё как хочешь! — С чего ты взял, что я хочу тебя грохнуть? — В последнюю нашу встречу я пытался тебя грохнуть. — Пустяки, дел…

— Фрэнк Мозес