В комнате было темно. Молодая девушка сидела с закрытыми глазами, плотно вжавшись в спинку стула. Людмила замерла с раскрытой рукой у огня свечи. По ее лицу скользнула тень. Она нахмурила брови, ей нужно было сказать. Эту часть своей работы она все никак не могла принять — рубить. Именно, рубить по-живому, ведь иначе бывает нельзя. Рубить словами, причиняя боль и смотреть, как это невыносимо.