Ни срезанных цветов, ни дыма панихиды, Не умирают люди от обиды И не перестают любить. В окне чуть брезжит день, и надо снова жить. Но если, о мой друг, одной прямой дороги Весь мир пересекла бы нить, И должен был бы я, стерев до крови ноги, Брести века по ледяным камням, И, коченея где — то там, Коснуться рук твоих безмолвно и устало, И все опять забыть, и путь начать сначала, Ужель ты думаешь, любовь моя, Что не пошел бы я?