Все больше его мысли заполняли воспоминания о покойной жене. Прошло пятнадцать лет, но он не мог смириться с потерей. Все его нутро сжималось в диких судорогах боли от одной мысли о ее взгляде карих глаз, о ее мягкости волос и блеске алых губ. Лорд не мог плакать. Все свое он уже выплакал, а теперь остался горький осадок. Горький, как от его чая.

— Сэр, это лорд..., сын покойного лорда... и покойной леди... — Надеюсь, Дживс, он стал их сыном, когда они ещё не были покойными? — Разумеется, сэр!

— Реджинальд Дживс

Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

— Дж. М. Кутзее

Мы все уже выплакали. Свыклись с мыслью. Теперь нам будет получше.

— Сьюзен Хинтон

Выйти из тени мешала робость перед мужчинами. Полноценный страх, который сжимал нутро при виде свирепых парней. За все это спасибо только отцу.