Стыжусь: как часто я бывал в восторге - Меня бросало в сладостную дрожь От грома сборищ и парадных оргий, Речей победных и хвастливых сплошь. Лишь опыт войн — пронзительный и горький, Который на чистилище похож, - Открыл мне мудрость древней поговорки: Глаз — видит правду, ухо слышит ложь.
Стыжусь: как часто я бывал в восторге - Меня бросало в сладостную дрожь От грома сборищ и парадных оргий, Речей победных и хвастливых сплошь. Лишь опыт войн — пронзительный и горький, Который на чистилище похож, - Открыл мне мудрость древней поговорки: Глаз — видит правду, ухо слышит ложь.
Я — изысканность русской медлительной речи, Предо мною другие поэты — предтечи, Я впервые открыл в этой речи уклоны, Перепевные, гневные, нежные звоны.
На рассвете, плавно перетекающем в полдень, мы безо всякого восторга постигли древнюю житейскую мудрость: даже самое лучшее вино, выпитое в больших количествах, поутру оборачивается жесточайшим похмельем.
Наши предки в древние века испытывали страх от грома и молнии, боялись тигров и землетрясений; средневековые отцы – вооруженных воинов, эпидемии и господа Бога, а мы испытываем дрожь от печатной бумаги – будь то деньги или паспорт.
