У меня был Крым, он мне сильно надоел: он по-русски говорил и слишком многого хотел. Я заварил переворот, я залез на броневик – и первым же законом отменил русский язык. (Ну не отменил. Ну попытался. Ну делать, блин, больше победившему народу нечего?)
— Канцлер Ги