И, по-моему, если кто виновен в потрахушках с алтарником или другим юношей — ведь вы, ребятки, на это дело падки, — то он лишается права приходить ко мне домой и говорить обо мне, о моей жизни, моей дочери и моих билбордах. Так что допивайте свой чаек, отец, и валите нахрен с моей кухни.