Все обиды терпи сначала молчанием, потом укорением себя, потом молитвой за обижающих.

Зачем обижать тех, кого можно не обижать...

Таня и без того обижена, а потому можно обижать ее дальше. «А доведись — зачем бы тебе ее обижать?» — спросил он себя. Затем, что вина требует вины, пропащая душа ищет пропасти поглубже. Он бы, наверно, не сумел иначе, ему постоянно нужны были бы подтверждения, доказательства, что он превратился именно в то, что есть. Так он чувствовал бы себя уверенней.

Обида заслоняет белый свет, хотя и обижаться, кажется, было не на кого.