— Египет не позволит разграбить собственное наследие! — Тогда скажите, что Египет делал на протяжении трех тысяч лет, что в Долине Царей не осталось ни одной не разграбленной гробницы, кроме той, что нашел я.

У нас от мысли до мысли пять тысяч верст.

Старые церкви — непролазная грязь, Красный колпак — не африканский джаз. Надо спуститься где-то, выпить воды, Среди камышей на болотах седых острых копыт, Острых копыт.

Порою на них вдруг налетала скука, это случалось обычно по вторникам или субботам, когда ничего неожиданного не происходило, и следовало научиться убивать эти вторники и субботы. Именно в такие моменты они и поняли заполнительную ценность секса: пустоты существования заполнялись вхождением друг в друга, щели конопатились чувственностью.