... Я — попугай, что мудрости учил, Но город зла — Ширван — мне клеткой был. Сгубил меня горбатый сей старик, Отрезав клюв мой, крылья и язык. Из Индии веселья он принес Меня сюда — в обитель зла и слез. Сказал он: «Из акульей пасти пей!» И яд смертельный пищей стал моей. Чтоб в Индию обратно улететь, Как попугай — я должен умереть. Служить презренным больше не хочу! Хоть я рожден для песен — я молчу! Язык связал я, рта закрыл ларец, Я запер изнутри души дворец. О, если бы язык мой саблей был И делал дело, а не говорил! Да, Шемаха прекрасна, хороша! Но как в узилище моя душа. И каждый волос тела моего Стал сторожем узилища того. Не то чтобы друзей мне повидать - Ко мне и ветер не хотят пускать. И если шаг я сделаю в тиши Или вздохну из глубины души, Враги арканом этот вздох возьмут, И исказят, и шаху донесут.
— Эфзеледдин Хагани