Анна Ивановна: — Мой сын — беглец?! Этому не бывать! Полина Гёбль: — Ваш ответ достоин римлян, но их времена миновали... Никита: — Дитя малое, Иван Александрович. Анна Ивановна: — Хорош, дитятко! Понабрался от французов заразы масонской, да на француженке жениться вздумал! Уж не на тебе ли?

Полина Гёбль: — У вас нет сердца!… Как изменились русские! Начальник караула в крепости: — [по-русски, себе под нос] Можно подумать, гильотину изобрели в Костроме. [по-французски, Полине] В вашей стране участники военного мятежа давно были бы казнены. Полина Гёбль: — Вы правы, мсье, но у них были бы адвокаты.

Нагуляется Иван, да и достанется нам.

Анненкова: — [проводив Полину Гёбль в Сибирь, уходит в дом] Не стоит Иван красавицы эдакой!.. Лакей Федька: — Да что уж, да где уж, матушка-барыня!... Не стоит, барыня-матушка, не стоит. Где уж ему… беспутному… Анненкова: — [гневно] Придержи язык!!! [с силой бьёт лакея палкой по спине] Лакей Федька: — [рухнув на пол] Покорно благодарим… Анненкова: — Молиться ей надо на Ванечку! Голь французская… [осев на ступени, рыдает в голос]