— Ты принадлежишь мне, Скарлетт, разве ты этого не поняла? И всему миру, вот чему мы принадлежим. Мы не домоседы. Мы искатели приключений, пираты, контрабандисты. Мы можем поехать куда угодно, и если мы вместе, то все будет принадлежать нам. Но, моя любимая, мы никогда ничему не будем принадлежать. Это для других людей, а не для нас.

Тот день, который мы провели не вместе, мы никогда уже не проведем вместе, и то, что нам хотели сказать по телефону, когда нам звонили, а мы не сняли трубку, уже никогда не будет сказано теми же словами и наполнено тем же смыслом, всё будет немножко другим или совсем другим, и это потому, что нам тогда не хватило смелости снять трубку.

Мир в котором я живу не принадлежит мне больше... А может и не принадлежал мне вообще...

— Медицинская амнистия! Интересно! — Зачем ты так сказал? — Потому что мне интересно! Когда мне интересно, я называю то, что мне интересно — интересным!