31 июля 2026, пятница

Давайте все-таки вернемся к гибридным войнам. Мне кажется, что мы не совсем правильно смотрим на эту субстанцию. Если посмотреть эту ситуацию в динамике, внутри гибридных войн возрастает значение военно-силового элемента. От Венесуэлы до Белоруссии мы увидим нарастание силового сценария. И дальше он будет нарастать больше.

Вечер с Владимиром Соловьёвым

Похожие цитаты

Подобно Украине, Россия планирует военные шаги против Белоруссии, если политическая ситуация там изменится. Российские вооруженные силы и структуры безопасности ведут подготовку к тому, чтобы в случае необходимости вмешаться и провести военную операцию в Белоруссии. Планирование операции началось в 2014 году.
Сейчас идут новые интерпретации современного состояния гибридных войн. Специалисты говорят, что сегодня невозможно перечислить элементы современной гибридной войны. Раньше мы называли информационную войну, экономическую. А сегодня говорят: гибридная война — это нечто другое. Это когда ставится цель. Ну например развал Российской Федерации, демонтаж ее политической системы. И под эту цель заряжаются все инструменты, которые есть в руках власти. Все! Исполнителями становятся все граждане. Они могут об этом не знать и не догадываться. Но они будут включены в этот процесс. Вот такая война, гибридная, сегодня объявлена нам.
Война между Китаем и остальным человечеством послужит для мировой истории мостиком в новую эпоху. <...> В Боливии и Венесуэле партизаны победили. Они нанесли поражение мощным карательным войскам, возглавляемым американскими военными специалистами.
Директор · фильм
В 2014 году я был на одном из заседаний. Речь шла о гибридной войне. Были перечислены 5 признаков гибридной войны. Я упомяну о двух. Первый: использование информации, которая правдива на 85%, а остальное — то, что противник хочет донести до соответствующей стороны. Т. е создание смешанной информации. И вторая часть — нахождение тех реперных точек, в которых надо создавать огненные мечи, из которых бы шло распространение этого информационного тепла. И если теперь посмотреть, что делает Запад, я понимаю, что эту теорию гибридной войны очень хорошо реализуют сейчас именно в Европе. Именно в Европе это сейчас используется.