— Сколько можно? Макс, тебя это касается в первую очередь! — Что? Она опять меня унижает! — Тебя невозможно унизить, красавчик! Нью-Йорк обожает сплетни о тебе и хочет тебя изнасиловать! — Переоденьтесь, пожалуйста, в теплое, — попросила мама. Макс все стоял и смотрел на сестру: — Что-то мне не хочется быть изнасилованным похотливыми стервами этого города!

Любая вера во что бы то ни было основана в первую очередь на совпадении того, что тебе хочется услышать, с тем, что ты слышишь.

Все твои слова про мироходцев, бегущих от ответственности, тебе стоило бы, в первую очередь приложить к себе. Я спешу, извини.

Я тебя никогда не забуду, от тебя никогда не сбегу и в твоей коллекции кукол я стоять буду в первом ряду...