Перед сном я кое-что для себя уяснил. По-моему, это важно. Я уяснил, что в течение всего вечера ни разу не испытал радости от того, что Крейг и Сэм расстались. Вообще никакой. Ни разу не сказал себе: вот теперь, наверное, Сэм к тебе потянется. Все мои мысли были о том, насколько ей сейчас больно. Видимо, тогда я и понял, что люблю её по-настоящему. Потому что я ничего для себя не выиграл и ничуть от этого не расстроился.