— Дядюшка Бар! Вам очень больно? — А вы разве не бьёте своих слуг? — А у нас нет и никогда не будет слуг. — Да откуда же вы? Из какой страны? — Из самой лучшей! — Да ну? — На всём свете нет лучшей страны!
— Дядюшка Бар! Вам очень больно? — А вы разве не бьёте своих слуг? — А у нас нет и никогда не будет слуг. — Да откуда же вы? Из какой страны? — Из самой лучшей! — Да ну? — На всём свете нет лучшей страны!
— Да разве нет способов умирать без боли? — Представьте, — остановился он предо мною, — представьте камень такой величины, как с большой дом; он висит, а вы под ним; если он упадет на вас, на голову — будет вам больно? — Камень с дом? Конечно, страшно. — Я не про страх; будет больно? — Камень с гору, миллион пудов? Разумеется, ничего не больно. — А станьте вправду, и пока висит, вы будете очень бояться, что больно. Всякий первый ученый, первый доктор, все, все будут очень бояться. Всякий будет знать, что не больно, и всякий будет очень бояться, что больно.