— Долгие месяца подготовки. Изучение планировки замка — в ожидании возвращения его хозяйки [Баронессы]. И всё впустую! Она до сих пор жива — всё благодаря беглым солдатикам из новостей «Кобры»! — Ага. Взорвал бы Баронессу — а вместе с ней и ещё дюжину невинных людей? — Побочные жертвы, всего-то. «Победа даётся кровью» — сказал один мудрец. — Карл фон Клаузевиц, великий прусский генерал. — Что — тоже читал о нём? — Да. Но я с ним не согласен.

— Старик, я знаю, тебе так тяжко. — Вообще-то нет... — Знай, я с тобой. Ты бравый солдатик. Твоя боль — моя боль. Дай обниму... Ты не для этого мира!

— Это правда, Князь? Тот стукач — твой брат? — Винс всего лишь защищал семью. Для меня его поступок оправдан. — Пока ДэКобрэй думал, что мы мертвы, нашим близким ничего не угрожало... пока Флинт не пригласил репортёров. — Может, расскажем ему — кто именно на диске? — Тебя не научил случай в Спрингфилде? Никому нельзя доверять. — Флинту можно. Он хоть и трепло, но он чист. Да и Леди Джей тоже. — Неа, слишком рисковано. Лучше отмолчаться, пока Абернатти не получит улики. Пускай сами посмотрят в настоящее лицо «Кобры».

— Что мы здесь вынюхиваем? Разве здесь что-то нечисто? — Пускай их фальшивые улыбки не обманывают вас. Корпорация «Кобра» занимается торговлей оружием на чёрном рынке. — Да бросьте! «Кобра» ведь разрабатывает и лекарства тоже. Моя мамуля уже 10 лет работает в их пекарне. А их яблочный штрудель — просто объедение! — Уж поверьте: «Кобра» — само зло. Минестерство обороны США уже давно копает под них. Иначе зачем под фармацевтических заводом оборудован подземный этаж? — То есть, нас только что чуть не убили — только потому что у «Кобры» есть подвал? — Подвал, в котором они что-то прячут от общественности. Я это точно знаю. — А что я знаю — это то, что ты нам лгала, рисковала нашими жизнями и сделала соучастниками нескольких федеральных преступлений. Хватит игр. — Если я права — генерал Абернатти объявит вам благодарность. Если же ошиблась — вы получите медали, выдав меня полиции. Честно, нет? — Целый генерал, да? Кое у кого есть друзья в высших кругах. — Не верится, что у этого «кое-кого» вообще есть друзья.