Тот, кто созерцает историю, пускай делает это с трогательнейшей детской верой в упорядоченную силу нашего ума и наших методов, но пусть он, кроме того, уважает непонятную правду, реальность, неповторимость происходящего. Заниматься историей — значит погружаться в хаос и все же сохранять веру в порядок и смысл.