Вся жизнь — работа Вселенной с формами. Одними мы восхищаемся, другим ужасаемся. В Замбии убили тысячу человек? Чудовищно, конечно, но далековато от нас. А если нам расскажут, что перед этим их поставили на колени и сожгли из огнемета? Мы содрогнёмся. Нас ужаснула форма. И тут вступает хор моралистов: — Люди погибли, а вы форму ищете? С тем же успехом можно предъявить художнику Брюллову, изобразившему «Последний день Помпеи». Как ни стыдно смаковать человеческое горе! Нарисовал бы свечу на черном фоне и подписал: «Помпея. Скорбим». Тех, кто не открыл свою уникальную форму, в будущее не возьмут.