— А Рэйчел не дают есть ветчину. — Потому что она еврейка. — А почему евреи не едят ветчину? — Майк, прошу тебя, перестань задавать такие вопросы. — Ну почему? — Это религия, она отличается от нашей. — Почему? — Майк! Ну ради всего святого! — Смотри, мама, это церковь Рэйчел. — Это не церковь, это синагога. — А можно я когда-нибудь пойду с ней? Она же в субботу приходит на службу, а не в воскресенье, как мы. — Майк, тебе туда нельзя. — Почему? — Потому что ты — католик. И это грех. — Плохой грех? — Да. Очень плохой! Дурной грех. — Боже мой!

— Лаура, ты пойдешь на свадьбу? — Конечно, пойду. Может, я ее взглядом убью.

— Почему мы не ходим в церковь? — Пойдем, если хочешь. Но это ничего не изменит.

Всякая благородная личность глубоко сознает свое кровное родство, свои кровные связи с отечеством.