Николай I: — Это ты говорил «истребить августейшую фамилию»? Ты? Щепин-Ростовский: — Нет, никогда и никому не говорил... Никому не говорил, но всегда об этом думал. Николай I: — Взять! придворный: — Оскорбить августейшее величие? Щепин-Ростовский: — Помилуйте, как я могу оскорбить их величие? У них же крепости, армия, флот. Они же картечью. Ну что им с того, если я скажу: «Мол, вы, Николай Павлович — свинья!» придворный: — Как смеешь ты сидеть в присутствии? Николай I: — Мерзавец! Свинья! Дрянь! Дрянь! Заковать, чтоб пошевелиться не мог. Подлец! Щепин-Ростовский: — В полку вы ругались лучше.