Вот поет дорога. Дорога моя — вот. Вот и сам я! А я вожжи взял, эх, Родина! А я ружье взял. Вот — и мать. Не тужи, не тужи, родная, задул большой ветер — не тужи, не плачь, мама. Камень при дороге стал, сосна шумит. Ветер дальше, дальше погнал окрест. Не плачь, мама. Родина, родина — земля, одна ты — мать. За тебя я ушел. Не тужи, не тужи, родная, не плачь, мама.

Каким ты дом построишь, Таким ему и быть. Как САМ себя настроишь, Так сам и будешь жить.

— Ты представь, что ты ей заплатил эту... зарплату! За то, что... За ее труд. — Какой труд?... Какой труд?! Она тяжелее пилки для ногтей ничего не держала. — Вадик, жить с мужчиной — это очень тяжелый труд. — Почему? — Это вот понимаешь, как в какой-нибудь шахте, что ли... Какой-нибудь отбойный молоток откажет... — У кого откажет?!

Я помню, как учился ходить, Чтобы не слишком касаться земли; Я ушел в пустыню, Где каждый камень помнит твой след. Но я не мог бы упустить тебя, Как не мог бы не увидеть рассвет.