Юрий Галинский

Москва — она, брат, как крица, не сломишь.

Оно всегда так: кому полтина, кому ни алтына.

Другой живописи, кроме церковной — икон и фресок, на Руси не признавали, рисовать можно было только образы Господни, ангелов и святых.

Ну а в отношении купцов, их корыстолюбия и жадности в народе не зря говорили: «Они и Богу норовят угодить за чужой счет!»

Не моги более думать о земной суете, отроче! Замыслись о Страшном суде, коий грядет!

В темное безотрадное время ордынского ига, которое длилось уже полтораста лет, многие пастыри духовные погрязли в мздоимстве, корыстолюбии, распутстве. Татары освободили их не только от уплаты дани, но и от других поборов. Высших церковных иерархов встречали в в стольном городе Орды — Сарае с почестями. И потому многие из них вместо призывов к единению земель русских, к борьбе с ярмом вещали с церковных амвонов о терпении, покорности, покаянии.

Да, богата русская земля людьми с Божьим даром!

Многого желать — добра не видать.

Любовь к стяжанию корень всех зол. Сия несчастная страсть не от бедности, а скорее чувство бедности от нее. Это страсть Иуды.

Андрейка был грамотен — в те годы обучение письму, чтению и даже счету начиналось с семи лет и было делом нередким. Отрок много читал, особенно увлекался книгами о прошлом. «Повесть временных лет», «Слово о полку Игореве».

Беда и впрямь не по лесу, по людям ходит!

Беды людские ниспосланы Господом за грехи. А всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога!

Все во власти Господа нашего милосердного, ибо скоропадущая плоть наша: сегодня еще растем, а завтра гнием.

И в лихую годину не забывают обид горожане.

Да, такого как преподобный, не встречал. Сам из бояр, сказывают, мог жить не тужить, а вот ушел в леса, построил пустынь, самолично, как все, трудится, ряса в заплатах.

Для другов верных, для земли отчей стану жить, ходить на рати!