Ах, если на минутку мы допустим, Что был я омерзителен и гнусен, Что я нарушал устав, не чтил его совсем, Одних бастардов наплодил сто сорок семь? (А может и больше)
Ах, если на минутку мы допустим, Что был я омерзителен и гнусен, Что я нарушал устав, не чтил его совсем, Одних бастардов наплодил сто сорок семь? (А может и больше)
Неплохо бы для разнообразия, чтоб между одной проблемой и другой было сорок семь миль и, может, на этих сорока семи милях меж проблем нарциссами прорастёт покой.
— Сколько раз ты звонил ей? — Тридцать девять. — А сообщений? — Сто сорок одно. — И что, совсем ничего? — Ничего. — Вау. Мишель и правда ненавидит тебя.
— Одну минутку, капитан! — Иди, Радар. — Стой! — Я сказал, иди. — А я сказала, стой! — Она старше по званию. У нее на форме больше всяких штучек. — У нее и под формой больше всяких штучек. Иди.
