За грехи наши и зло человеческий облик приняло. Покушаешься на зло — на человеческую плоть покушаешься. Бог-то простит, только ты себе не прощай. Так и живи — меж великим прощением и собственным терзанием.
Нет букваря, чтоб научится умирать, Хоть жизнь имеет разные обличья. Мечтать, любить, страдать, творить, Детей рожать доступно лишь живым... А мертвым, безразлично...
