Всю свою жизнь я хотела обрести семью. Щ. И. Т. принял меня, они обучили меня быть агентом. Но что-то было внутри меня, что-то, о чем я никогда не подозревала. Что-то, возможно, нечеловеческое. И если оно вырвется наружу, ничто уже не будет прежним.

Когда меня запирали внутри, я хотела выйти наружу. Теперь жизнь так изменилась, что, находясь снаружи, я мечтала попасть внутрь.

Если людей долго унижать, в них вызреет и вырвется наружу неукротимая ярость.

Если я человека люблю, я хочу, чтоб ему от меня стало лучше — хотя бы пришитая пуговица. От пришитой пуговицы — до всей моей души.