О, как все здешнее нелепо: изнеможенье ради хлеба, разврат, похмелье и недуг. Ты пригвожден к трактирной стойке, я пригвожден к больничной койке - какая разница, мой друг?
Ежусь, зашвырнувшись в трактирные углы, вином обливаю и душу и скатерть и вижу: в углу — глаза круглы - глазами в сердце въелась богоматерь. Чего одаривать по шаблону намалеванному сияньем трактирную ораву! Видишь — опять голгофнику оплеванному предпочитают Варавву?
