Возлюби ближнего своего – так учил Сын Человеческий, и это общеизвестно. Споры вызывает другой вопрос – кого отнести к ближним. Кажется – что может быть бесспорнее? А ведь это как раз та самая туманная догма, которая неоднозначностью своей привлекает широкие массы людей, неискушенных в тонкостях вероучения. Ведь если бы сказано было: «Возлюби всякого человека больше чем самого себя», – то не осталось бы свободы для маневра. И как же быть тогда крестоносцам, инквизиторам, конквистадорам, нацистам и террористам, чтобы, не отрицая слов Бога, без оглядки на него заниматься истреблением людей? Как уничтожать врагов, еретиков, иноверцев, нехристей и недочеловеков, если вера учит любить всех людей такими, какие они есть? Но разве она и впрямь учит этому? Ведь догма туманна и допускает разные толкования. Вера учит любить ближних. А еретики, иноверцы, нехристи и недочеловеки – разве они ближние? Ближний – это тот, кто думает так же, как ты, и делает то же, что и ты. А тот, кто отошел в сторону, тот, кто живет иначе – он уже не совсем ближний. И чем дальше его образ жизни и образ мыслей отстоит от твоего – тем меньше эта самая близость. А тех, кто не ближний – разве обязательно любить? * * * Несомненно, они слышали и другую заповедь: – Не убий! Но тут уже и без посторонней помощи нетрудно додумать, что она означает на самом деле. «Не убий ближнего своего», – и никак иначе! А тех, кто не ближний – отчего же не убить.