Хорошо ли, плохо ли вам живется-можется? Плачется-печалится? Мается-тревожится? Радуется-любится? Верится-надеется? Всё что было-не было жизнью перемелется...
— А что было бы, если бы любви не было? — Её обязательно надо было бы выдумать. Сочинить, нафантазировать набело, Черновик ушедшего времени прощением выбелить.
По вечерам она запрыгивает на мое одеяло и топает по мне лапами. Приходит к моему лицу, долго смотрит мне в глаза, гладит меня лапой и уходит спать на пол, рядом с диваном. Утром она неизменно просыпается на моей подушке, и я всегда радуюсь, увидев её очаровательную морду. И я ее обнимаю, и прижимаю к себе, и понимаю, что в моем сердце для неё уже появилось отдельное место. Сегодня малышку забрали на дачу. Мы пришли домой из школы, а дома пусто. Нет собаки. И я сижу и плачу. Я понимаю, что это слезы по той, давно ушедшей из жизни, любимой собаке. Потому что её тут нет, даже когда тут есть Мася. Это болит вина и пустота в душе. Наверное, слезы никогда не закончатся. Но я точно знаю, что когда вернется Мася, в моем доме ее будет ждать ее место, ее миски, ее котлета, ее игрушки, ее подушка и много-много моей любви, предназначенной именно для неё и больше ни для кого другого. И она посмотрит мне в глаза и увидит, что уже можно обнаглеть и лизнуть меня в нос.
Лишь бы мир, и дети, и бьётся пульс. Лишь бы не было ни врагов, ни долга. Может, чуточку нужно передохнуть И чуть-чуть повыть одиноким волком. Лес услышать, зову свободы внять, Когти отрастить – а вдруг пригодится? Боль обид в душе навсегда унять, А потом, как Феникс, переродиться. Заменить всё то, что мешает жить, От идей до старых пушистых шапок. Кучу новых платьев себе купить, Вылезти из домашних дырявых тапок. Выйти в свет, оглянуться – а там весна. Каждый год она заменяет зиму. Улыбнуться: ты здесь, ты пока жива. Ты для мира незаменима.
Просто быть. Любить, не жалея сил. И детей растить хорошими и живыми. Ну а если вас кто-нибудь заменил, На него вы больше не тратьте силы. В жизни каждому есть и день, и час – И разлуке, и новой прекрасной встрече. Лишь бы свет любви не ушёл из глаз, Лишь бы вовремя был он Судьбой замечен.
Когда-нибудь, когда-нибудь, пробив броню непонимания, Мы без защиты предстаём перед любимыми глазами. Вдруг слышим сердца быстрый стук, и видим в ком-то отражение: Другого, лучшего себя, в другом — своей души движение.
Что же, ругайте… Терпите… Молча… Вы одинаковы – не отличить! Вас, терпеливых, безумные полчища. Вы уже выбрали, как вам жить. Нынче её вы толпой осуждаете: Слишком спесива, дурная кровь. Завтра свои потеряете жала. Ей же достанется вся любовь, Мир, распахнувший свои возможности, Новые люди, без острых жал. Встанет. Перешагнет все сложности. Сгинут обиды, уйдет печаль.
Оставьте мне право на веру в читателя И в наше душевное с ним совпадение. Я знаю, что люди читают внимательно И любят за каждое стихотворение. Я знаю, что в мире, уставшем от дикости, Есть место поэзии, место романтике. Есть место любви и прощению в жизни, А счастье – совсем не в коробочке с бантиком.
— Я так устала от того, что у меня все время отнимают дочь… — Ну не драматизируйте. Пользуйтесь этим временем, чтобы отдохнуть немного. — Давид тоже так сказал. Вы, мужчины, не можете понять простую вещь: я хочу отдыхать не ОТ моего ребенка, а ВМЕСТЕ с моим ребенком. Лучший отдых для меня – когда нас с Айей просто никто не трогает.
— Ну что, братец, опять я тебя разочаровал? Опять расхлебываю последствия своих ошибок… — устало проговорил Гор. — Любимые грабли? – улыбнулся Бен. – Ты по ним не ходишь, а фокстрот танцуешь. — Похоже на то… И что мне с этим делать? — Слушать себя, а не свои сомнения.
Когда же ты наконец поймешь, что важно не то, чего ТЫ хочешь, а то, что нужно Айе. Единственное, что может отец сделать для своих детей, — это любить их мать. Тогда и только тогда он может сделать своих детей счастливыми. А если ты не можешь, не умеешь этого, то уйти с дороги и не мешай это делать другому. Тому, кто сможет и захочет. Если просят – помогай. Если не просят – не лезь!
Каждым другом себе возвращаю душу я. Каждой книгой верну мечту и надежду. Слово, данное в этой тьме, не нарушу: Больше не стану терпеть нелюбовь, как прежде. Больше не стану бежать, спотыкаясь, от себя. Буду прощать себе то, что другим прощаю. Буду верить, что лучше знает моя судьба, Что за новый урок мне не помешает. С каждым шагом я буду всё ближе и ближе к дню, Свет разгонит в душе темноту и холод. И однажды скажу себе: потому живу, Что подсказал Ты мне очень важный повод.
Знаешь, пожалуй, я разберусь, пойму сама, Как помочь и кому не надо бы помогать. В нужный момент, пожалуйста, просто открой слова - Те, которые нужно будет уметь сказать.
Мы, взрослые, вырастить их обязаны И в каждом споре такие найти слова, Чтоб эту планету не разрушать, а связывать Единой тканью доверия и добра. Пока что эта мечта, наверно, утопия, Но верю, однажды люди должны понять: Где жить — не важно: в России или в Европе, Везде гораздо важней Человеком стать.
Всё на своих местах, как быть должно: Отец и Мать, счастливые детишки. Все говорят: «Вот парню повезло!», Но жизнь – решения, не сказок книжка. Удача так сопутствует ему, Но это не везение, не чудо. Он сам защитник дому своему. Сам так решил – лишь он один, не люди. Сам выбрал путь и сам его прошёл, С женою об руку и с пониманьем в сердце. И сам свою любовь теперь обрёл. А людям всё не можется, не верится.