И засыпая я окуналась с головой в тот самый омут, что тянет так предательски вниз. Чувствуя прикосновения рук, слушая ровное, глубокое дыхание, я боялась шевельнуться, чтобы не спугнуть образ этого идеального мужчины. Можно подвести некрасивую черту, ибо мои четвертые по счету отношения оказались не такими, как я хотела. Конечно, они красиво дополняют цепочку неудач в личной жизни, и так жестко заставляют задуматься о происходящем вокруг меня. Быть может, мне просто стоит уже найти своего домашнего мужчину, что не предаст меня и будет любить просто за мое существование? Да только где такого можно найти, и самое главное – нужно ли, если, засыпая я вижу себя пытаемой инквизитором ведьмой, что содрогается от резкого удара плетью? Впрочем, даже это неважно.
Когда стены Версаля затихают, когда слышно только скромное шуршание юбок прислуги и шепот страстных слов любовников, то он прекрасен. Окутанный ночным туманном гнездо короля кажется сказочным. Словно в каждом закоулке можно отыскать нечто более волшебное, чем робкие поцелуи смущенных фаворитов и их женщин, что-то более сладкое, чем конфитюрная вишенка на пироге из лучшей муки, что так вкусно откусывает кусочек за кусочком пышная кухарка. Отголоски робкого стона, что издает одна из придворных гасконца еще несколько часов будет блуждать по каменным стенам заходя в комнаты к самым правильным, что так старательно скрывают животные инстинкты, и только под покровом ночи дают себе слабину.
Мужчина перегрыз зубочистку. Треск оглушил девушку, и она шатнулась назад. Представляя себя этой самой зубочисткой, она подумала, что однажды, он так же ее просто сломает. Сломает, и все тут. Разве ему будет от этого плохо? Нет. Просто будет делать вид, что эта сломанная девчонка к нему не имеет никакого отношения.