Большая перемена

— Я обещал поговорить с вашим начальством. — А поговорите? Вот!

— Нестор Петрович Северов

— Мы знаем многих людей, достойных подражания... — Светлана Афанасьевна, а вот я вам нравлюсь?

— Григорий Ганжа

— Как ты сегодня с женщиной обращался? Ты же её ударил в присутствии мужчины! — Так что же, я своему ребёнку по заднице не могу дать? — Я уже не ребёнок! Я давно молодая и интерес…

— Нелли Леднёва

Двойку, что ли, пришёл исправлять? Так тебе и надо. Я б вам только двойки и ставила. Придут, натопчут тут, натопчут... Нет, чтобы школу запереть — вот бы и стояла чистая!

— Тётя Глаша

Куда ни глянь, пути мои лежат, Я замостил три тысячи дорог И миллиард весёлых киловатт, Как Прометей, над Родиной зажёг.

У кого ослабла воля — дать им волю!

— Екатерина Семёновна

— А я вот хочу... на Льва Ивановича, а? — Так он Лев Николаевич. — Кто? — Толстой. — Не, на Льва Ивановича Яшина. — А кто это? [Отто делает очень удивлённое лицо] А-а-а-а...

— Отто Фукин

Я теперь вашу историю знаете, как секу? Значит так: Цезаря убили, но у них там всё равно ничего не получилось! Нашлось ещё двое: сродственник Цезаря — Октавиан и товарищ по работе…

— Пётр Тимохин

— Перекур! Эй, перекур! Ганжа, перекур объявлен для всех. Ганжа, вас что, мои слова не касаются? — Гражданин начальник, не мешайте приводить планету в порядок!

— старший сержант милиции

Мы, как один, ребята хоть куда, И ко всему причастны на земле, Но о себе нигде и никогда Не говорим в единственном числе.

— А конфеты такие вкусненькие. Конфеты такие сладенькие. — Как вам не стыдно, Ганжа. Я никуда не пойду. Буду разговаривать здесь. — Светлана Афанасьевна, у меня их целый килограмм.

— Григорий Ганжа