Цитаты на тему «магия»

Постепенно среди нашего разговора, его наблюдениями и моим радостным щебетанием, смысл совсем потерялся и перестал иметь свою первостепенную важность. Мы просто зависли на своем облаке из легкости и внутреннего света, исходящего из наших глаз, наслаждаясь друг другом и магией того, чем мы были, находясь рядом, витая где-то над морем.

Каждая нота имеет свой цвет, как каждая болезнь имеет свои причины.

Удивительная у вас, магов, привычка говорить туманно, загадками. Вот и перетуманил!

Самое интересное, что он должен был согласиться с отцом. Никто и никогда не видел ни одного доказательства реальности магии, а из слов мамы следовало, что существует целый волшебный мир. Как можно такое сохранять в тайне? Тоже с помощью магии? Довольно подозрительное объяснение. Случай по идее элементарный: мама либо шутит, либо лжёт, либо сошла с ума, в порядке возрастания ужасности. Если мама сама отправила письмо, то это объясняет, как оно попало в почтовый ящик без марки. В конце концов, небольшое сумасшествие гораздо, гораздо более вероятно, чем вселенная, содержащая в себе магию. Но всё-таки какая-то часть Гарри была совершенно уверена в том, что магия существует. Это чувство возникло в тот самый момент, когда он увидел письмо предположительно из Хогвартса, Школы Чародейства и Волшебства. Скривившись, Гарри потёр лоб. Не верь своим мыслям, было написано в одной книге. Но эта странная убеждённость... Он как будто знал заранее, что профессор из Хогвартса в самом деле появится на их пороге, взмахнёт палочкой и сотворит настоящее волшебство. Эта убеждённость не пыталась защищаться от опровержения: не искала заранее оправданий на случай, если вдруг никакой профессор не придёт, или придёт, но сможет показать лишь фокус со сгибанием ложек.

Конечно, танец — это магия. Но не та сказочная магия, овладеть которой обычно мечтают люди. <...> Подлинная магия, органичной частью которой является танец, — это умение забыть о себе и чутко прислушиваться к желаниям реальности. Помогать их осуществлению, когда это в твоих силах. И не мешать во всех остальных случаях.

— Зачем ты размазываешь по полу джем? — Магия. Нет лучшего объяснения!

Путь к моим сокровищам лежал через длинный узкий коридор на кухню. В кухонном столе в выдвижной ячейке с вилками и ножами я придумал место для хранения сундука с золотыми дублонами — спичечного коробка, набитого копеечками. По воскресным утрам, когда все спали, я вытаскивал свою сокровищницу, перебирал монетки, пересчитывал, начищал потускневшие дублоны кусочком войлока, прятал их обратно, и, довольный, возвращался в комнату. В эти минуты я был мудрым алхимиком, проникшим во все тайны превращения вещества. Философский камень лежал у меня в «секрете». Внешне он напоминал кусочек красного янтаря. На деле был застывшими слезами сестер Фаэтона, разбившегося на огненной колеснице бога Солнца. Это произошло миллион лет назад, но я уже мог видеть сквозь время… Теперь крохотный кусочек застывшей слезы был моим талисманом и философским камнем, из которого я извлекал тайны и любовался ими. Красная тинктура, великий эликсир. В нем было все, из чего творятся самые искусные сказки. Черная алхимия взрослых стала львом и попыталась проглотить солнце. Лев подавился им, и за дело превращения вещества взялись маленькие волшебники, таинственные алхимики. Иногда я доставал кусочек янтаря из «секрета», подходил к окну, глядел через него на солнце, и тысячи огненных стрелок пробуждали мою фантазию. Мысли — обрадованные солнцу живые существа — начинали танцевать в хороводе веселья. Я видел их, понимал каждую, иногда вступал в хоровод, чтобы впоследствии выскользнуть омытым волшебством. Вечный эликсир фантазии, таинство золотых нитей, из которых плетутся сказки. А когда я прикасался красным янтарем к золотистой шерстке моей Эльзы, происходило явное чудо: камень наполнялся внутренним светом, становился горячим, как кусочек солнца. Начинал светиться во тьме, а волшебная принцесса, кочующая в разных реальностях, преображалась. От шерстки ее сыпались искры. Сама она изгибалась таинственно, и передо мной… перед моим мысленным взором всплывало видение: тонкая, воздушная, зеленоглазая девушка с роскошными кудрями цвета желто-красного янтаря улыбается мне сквозь пространство и время. Две тайны, две волшебные стихии соприкасались и рождали чудо. Я скрывал это чудо от всех, боялся причинить ему разорение от чужих взглядов и насмешек. Только мир взрослых с непроглядной тьмой и страхом свободы мог смеяться над чудом. Ребенок купался в нем, как в неге. Очищался сказкой, в которой был свет. И разве можно было приоткрыть этот свет перед отрицателями света и чуда? Разве можно было подвергнуть испытанию темнотой саму нежность, которая не могла существовать в атмосфере подвального мрака, задыхалась и погибала во мгле, если не ускользала к источнику света? Мир взрослых сказок был суров. (Золотая Эльза — детство волшебника)

Шон — это Шон. Такое стихийное магическое бедствие в чёрном балахоне. Налетает, кружит как вихрь, так что полностью теряешь ориентацию в пространстве... а потом уносится дальше, по своим делам. А ты остаёшься стоять, растерянно хлопая глазами и пытаясь прийти в себя. Можно ли дружить со стихией? С ливнем, смерчем, штормом? Вот то-то и оно...

— Что ты будешь с ними делать? — заинтересовался Андреас. — Убьёшь? Или прогонишь? — Что ты! — возмутилась Лара. — Я же просвещённая девушка, развившая свой разум в духе гуманизма... Я просто превращу их в людей.

Магия — земля. Она постоянна. Землю можно носить из места на место, кидать на дно моря, но от этого её не станет меньше в мире. Она просто окажется в другом месте. Количество магии в мире неизменно. Магия — огонь. Она опасна. У огня можно согреться, приготовить еду. Но стоит за ним не уследить, как дом обратится в пепел, а лес уничтожит пожар. Магия способна убивать. Магия — вода. Своими потоками она пронизывает весь мир. Порой до воды легко дотянуться, порой практически невозможно, но это ничего не меняет. На мёртвый камень падает дождь. А глубоко в земле может быть сокрыта водная жила. Магия есть везде. Магия — воздух. Она свободна. Невозможно сделать вдох и не выдыхать. Невозможно набрать в грудь воздуха больше, чем тебе позволяет твоё тело. Долгие тренировки помогут, но суть не изменят. И наконец... Магия чужда людям. Любому человеку приходится за неё платить. Существам, рождённым магией, в том числе тебе, это не нужно. Это отличие у некоторых вызывает зависть, у многих страх, перерастающий в агрессию. Магия — не для всех.

Каким бы искусным ни был фокусник, он не может заработать и удержать свою репутацию, не изобретя собственных оригинальных номеров.

Любовь с первого взгляда — это не магия, это судьба.

— Если бы ты хорошо себя вела, мне бы и в голову не пришло превращать тебя в кошку. — С чего ты взял, что я должна соответствовать твоему представлению о хорошем поведении?

— И за чем же дело стало? — За тем, что мне моя свобода дороже вашей колдовской силы. — И что же в ней такого дорогого? — Только глупцу непостижимо, что дороже свободы ничего не бывает, и никакая магия с ней не сравнится! Библиотекарь закивал и как бы невзначай заметил: — А ещё у нас проходят шабаши с полуголыми ведьмами. — Насколько полуголыми? — заинтересовался Андреас.

Лара учила немое заклинание для стирания памяти, ожидая, пока нагреется вода. Учила, пока раздевалась. Учила, пока лежала в ванне. «Семь строк беспросветного бреда» преследовали её даже во сне... — Ка-ар-р! — А-а? — Она подскочила, забрызгав пол. — Что такое? Я же просила меня не отвлекать. Крэх сидел на краю ванны и с укором качал головой. — Я не сплю. Всего лишь задремала. Когда ворон с оглушительным карканьем вылетел вон, Лара обнаружила, что колдовская книга валяется на мокром полу, и быстро обтёрла её тряпкой, пока никто не заметил, как она непочтительна с древним источником чёрной магии.

— Но я не хочу быть тебе обузой! Ты и так очень много сделал для меня, когда взял с собой на это задание! — Ты мне не обуза, Сильвия! Знаешь, почему я так к тебе отношусь? Потому что ты моя подруга! Настоящая! Для друзей Тора мои способности и навыки лишь обыкновенные фокусы, детские забавы! Ты единственная, кто меня понимает. И я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Локи не жалел о том, что сказал. Ведь без неё он не сможет жить. Она стала для него смыслом существования.