Цитаты на тему «психологические травмы»

Мы ведь говорим на разных языках, думаешь ты, а потом видишь, что наш общий язык — это скорбь. Мы, люди с тяжёлым прошлым, понимаем друг друга.

Один знакомый мужчина не позволял никуда отлучаться своей жене, поскольку был убежден, что у нее имеются связи «на стороне». Он нанял частных детективов, заставил ее два раза пройти тест на детекторе лжи, но все равно не верил ее заверениям в том, что она ему верна. В восьмилетнем возрасте его бросила мать, уехав с чужим мужчиной, и с тех пор он больше никогда ее не видел. Он никак не мог поверить, что вторая женщина в его жизни, которой он раскрыл свое сердце, может вести себя иначе.

В каком-то смысле мы все получаем сексуальную травму через средства массовой информации; сцены сексуального насилия распространены в наших «развлечениях».

Мы были поражены тому, сколь многие из наших пациентов, которым диагностировали пограничное расстройство личности (ПРЛ), рассказывали нам ужасные истории про свое детство. Для людей с ПРЛ характерно цепляться за отношения, которые обычно являются крайне нестабильными, с сильными перепадами настроения, а также саморазрушительным поведением, включая нанесение себе увечий и повторяющиеся попытки суицида.

Когда рядом близкий человек, готовый утешить м поддержать, травмы излечиваются легче и быстрее.

Специалисты по преодолению стрессовых состояний сходятся во мнении, что последствия травмы зависят не от масштабов пережитой трагедии, а от нашей способности искать и находить утешение в отношениях с другими людьми.

— Даже самые сознательные родители в конце концов портят детей. — Ты умный, успешный врач. И как же тебя испортили? — Рассказать, как я увлёкся медициной? Когда мать напивалась, то запирала меня в отцовском кабинете. Ну, не часами же реветь и колотить в дверь. Потом плюнешь — возьмёшься за книжки. У нас у всех семейная деформация. Отсюда и успешность… Залатываем дыру.

Тяжёлые воспоминания, чрезмерная чувствительность и излишне острые реакции, раздражительность и гнев, чувство безысходности и отстранение — симптомы травмы.

Взрослые, столкнувшиеся в детстве с жестоким или пренебрежительным обращением, по-прежнему в состоянии познать прелесть человеческой близости и взаимного доверия либо испытать глубокие духовные переживания, которые по-новому откроют для них мир. С другой стороны, прежде безупречная детская внутренняя карта может настолько исказиться вследствие нападения или изнасилования во взрослой жизни, что все ее дороги будут вести к ужасу или отчаянию. Эти реакции не являются осмысленными, и, как следствие, их нельзя изменить путем переосмысления иррациональных убеждений. Наша внутренняя карта мира запрограммирована в нашем эмоциональном мозге, и для ее изменения необходимо перестроить эту часть центральной нервной системы..

Со временем тело приспосабливается к хронической травме. Одним из последствий эмоционального ступора является то, что учителям, друзьям и другим людям сложнее понять, что ребенок находится в тревоге – более того, он и сам может этого не замечать. Отключая свои чувства и эмоции, он больше не реагирует на неприятности так, как должен – например, не предпринимает защитных мер.

Не надо намеренно блокировать свои чувства. Ведь именно так душевные травмы накапливаются и перерастают в постоянную боль.

А ведь у каждого, я повторюсь, у каждого была женщина, с которой пришлось спать и не для карьеры, а просто, чтобы не обидеть. А это травма. А травма — это психолог. А психолог — это раз и навсегда. Один раз придёшь — всё, кабала! Хуже психолога только гуру там.

Никто не растет в идеальных условиях – да никому и не известно, какими бы они должны были быть... Тем не менее мы знаем, что стать уверенными и толковыми взрослыми во многом помогают уравновешенные и последовательные родители; родители, которые восхищаются ребенком, его открытием и процессом познания им мира; родители, которые помогают ему со взлетами и падениями; которые своим примером показывают ему, как нужно заботиться о себе и ладить с окружающими. Проблемы с любым из этих аспектов с большой вероятностью дадут о себе знать позже в жизни. Ребенку, которого постоянно игнорировали или унижали, с большой вероятностью будет недоставать самоуважения. Детям, которым не давали самоутвердиться, скорее всего, будет сложно постоять за себя, когда они повзрослеют, а большинству взрослых, переживших жестокое обращение в детстве, приходится тратить уйму сил, чтобы сдерживать тлеющую в них ярость. Наши отношения с другими людьми также от этого страдают. Чем больше боли и лишений мы испытывали в детстве, тем больше вероятность того, что мы будем воспринимать на свой счет действия других людей, и тем меньше мы будем понимать их собственные проблемы, комплексы и беспокойства. Будучи не в состоянии осознать запутанность их жизни, мы будем воспринимать любые их действия как подтверждение того, что нас ждет лишь боль и разочарование.

По правилу подобия, если вы нестабильны сами, вы можете привлечь к себе другого нестабильного человека или сами почувствовать влечение к такому человеку. Например, молодую женщину может тянуть к алкоголику или абьюзеру, похожему на ее собственного отца, и на это есть несколько причин. Одна из них в том, что травмированным людям кажется, будто именно так выглядит любовь. Другая причина в том, что психика пытается понять и разрешить свои травмы, прорабатывая ситуации, схожие с ситуациями прошлого. Таким образом, уже травмированный человек причиняет новый вред себе и своим детям.

Чтобы предотвратить или исцелить травму, иногда нужнее всего тот элемент, которого у нас нет, — время, чтобы ничего не делать и просто исцеляться.

Для людей, которые заново переживают травму, ничего не имеет смысла: они оказываются заперты в ситуации смертельной опасности, состоянии парализующего страха или слепой ярости. Они вздрагивают от малейшего шума и выходят из себя от малейшего раздражения. У них хронические проблемы со сном, и зачастую они перестают испытывать удовольствие от еды.