🎄 Цитаты про Санта-Клауса 🎅

Чёрт! Как можно штрафовать Санта-Клауса перед Рождеством, ну куда же мы катимся! Остается только Пасхальному кролику сделать прививку от бешенства...

Давным-давно, в одной далёкой-далёкой стране жил-был жестокий и подлый властитель. И однажды на Рождество этот жестокий и подлый властитель закатил пир горой для королей и королев. И вот один нищий бродяга проник на кухню и решил поживиться пищей. Бродягу схватили. Жестокий властитель был скуп. Он велел выбросить бродягу на улицу, в морозную ночь. Но жестокий властитель не знал, что это был необычный бродяга. Этот человек был могущественным волшебником. И он наложил проклятье на злого властителя. Повинуясь проклятью, властитель исчез, но должен был появляться каждый год за неделю до Рождества. За эту неделю он должен был отдать часть своих сокровищ и пробудить в людях радость и веселье. Вы можете себе представить, жестокий властитель должен был отдавать и отдавать, всё время отдавать... Пока не начались странности. Он заметил, что радость, которую он отдавал другим, постепенно и незаметно начала овладевать и им самим. Прошло много времени, и ему понравилось это занятие. Из проклятья оно постепенно превратилось в благословение. Сердце жестокого властителя наполнилось радостью. И тогда начались удивительные события. Например, как только он замечал, что его мешок с золотом и подарками скоро опустеет, тот вдруг наполнялся снова. Такова была сила проклятья. Это проклятье переходило от поколения к поколению, от отца к сыну, а от моего отца перешло ко мне. Так я и стал Санта Клаусом.

— Я знаю, вы не настоящий Санта-Клаус. — [поправляя бороду] Интересно, почему ты так думаешь? — Я уже большой, но я знаю, вы работаете на него. Нужно, чтобы вы ему кое-что от меня передали. — Я слушаю. — Я Кевин Маккалистер, Линкольн-Бульвар 671. Номер телефона нужен? — Нет. — Это очень важно, пожалуйста, скажите ему, что в этом году вместо всех подарков, я хочу, чтобы вернулась моя семья. Мне не надо подарков, ничего, кроме Питера, Кейт, База, Меган, Линни и Джефа, а также моей тети, кузин и кузенов. Ну, а если у него еще останется время, то можно и дядю Фрэнка, хорошо?

Спрашивать человека, долго ли он верил в Санта Клауса — неприлично, даже если больше совсем не о чем говорить. Но если всё-таки спросить меня между делом когда я перестал верить в мифического бородатого Санту в красной шубе, скажу не таясь — я всегда считал его дурацкой небылицей. Я твердо знал, что Санта, который объявляется в детском саду — ненастоящий. И хотя мне, в отличии от некоторых, не довелось видеть, как он целуется с мамой, мне уже тогда доставало ума понять, что ничего хорошего от старичков, работающих исключительно в рождество, ждать не приходится. Позже я заметил, что вдобавок не бывает инопланетян, гостей из будущего, привидений, чудовищ, экстрасенсов, тайных обществ, а также противостоящих им супергероев из мультиков, комиксов и боевиков. То есть, заметить-то я конечно заметил, но вот верить своим глазам никак не хотел. Я всё ждал, что все эти инопланетяне, привидения, чудовища, экстрасенсы и тайные общества просто возьмут и появятся по моему велению. Однако, так называемая реальность оказалась куда печальнее. Хорошенько усвоив законы физики и впечатлившись ими, я перестал смотреть репортажи про НЛО и специальные передачи о призраках. Инопланетяне, гости из будущего, экстрасенсы — да их нет и быть не может — понял я. Хотя нельзя сказать, что меня это совсем не угнетало. Вот так я и взрослел, размышляя про наибольшие общие делители и всё такое прочее. Простившись со средней школой, я распрощался заодно со своими странными грёзами и принял заурядность мира как данность. Переход в старшую школу не вызвал у меня особенных чувств. Но вот тут-то я и встретил её.

— Я разъезжаю на санях и осуществляю детские мечты. — Ты имеешь в виду как благородный вор? — Да, да, да. Приблизительно так. А также — это начинается на «Са». — «Са»? Сатана?

— Ты ведь никогда не верил в Санта Клауса, разве нет? — По-настоящему нет, и что за глупости: толстяк спускается по печной трубе... — это не логично. — И не законно. — Проникновение со взломом.

— Ребенок ни в коем случае не должен увидеть Санту. Это же великая тайна Рождества. — Ну даже если и разбудит мелкого — носком с песочком по тыкве, плеснет вискаря в рот, тот на утро ничего и не вспомнит.

Если вы видите трезвого Деда Мороза, то, скорее всего, это — Санта-Клаус.

Я — друг, союзник, Санта, который всегда с тобой.

— Понимаю, это звучит нелепо, но многие южане не верят в Санта-Клауса. — Что? А кто же, по их мнению, подарки дарит? — Среди людей ходят слухи, что мама и папа. — Это же смешно! А печенье для Санты? Тоже родители съедают?

— А мы во Франции предпочитаем Санта Клаусу дарить вино в подарок! — То есть... Вы предпочитаете споить Санта Клауса прежде, чем он будет дарить подарки?

Я — живое доказательство полного отсутствия Санта-Клауса.

— Он раскусил Санту, когда ему было три года. — Это математика. Санта не мог бы посетить за одну ночь всех детей мира, даже если предположить, что 50% вели себя плохо!

— Ну как ты, в порядке после вчерашнего? — Не хочу об этом говорить. — Почему ты не сыграл просто Деда Мороза? — И как же это, черт побери, Стюарт? Он такой же человек, вполне себе трехмерный. Мой долг играть правдиво. — Так правда в том, что он должен источать радость! А не суицидальные наклонности. — Он живет в стрессе. Ему приходится доставлять миллиарды подарков за одну ночь! Это был другой взгляд на роль. Если публика не прониклась, в этом нет моей вины. Они вели себя, как дети! — Это и были дети!

— Я подсчитал все случаи, когда ты был плохим и учел все случаи, когда ты был хорошим. — Да? И что выходит? — Не очень хорошо получается, Эрик, не очень красиво. — Да, но ведь Санта-Клаус все равно подарки принесет? — Вообще то, у меня получилось, что за этот год ты должен Санте 306 подарков.

— Санта, что ты читаешь? — Теорию относительности... — А почему ты грустный? — У Санты нехорошие анализы.