Это серое море и длинная чёрная суша. И большая луна — неподвижная жёлтая груша. Потрясённые волны в кошмарном бормочущем сне. Золотые колечки на моря мохнатой спине. Одинокая лодка в заветную бухту спешит И врезается в берег, и берег под брюхом шуршит. Миля тёплого пляжа, прибоем пропахшего. Одинокая ферма, в долине пропавшая. Стук в оконную раму и шлёпанцев шорох. Синий, спичкой на ощупь зачёркнутый порох. Тихий голос, сладкий и щемящий. Сердце — сердце. Чаще, чаще, чаще.
Когда ты отправишься в путь за мечтой, мы попробуем стать тебе надёжным горючим. Получив от тебя эту землю в аренду на малое время, Насколько могли мы питали её электричеством собственных сердцебиений.
Как он умел казаться новым, Шутя невинность изумлять, Пугать отчаяньем готовым, Приятной лестью забавлять, Ловить минуту умиленья, Невинных лет предубежденья Умом и страстью побеждать, Невольной ласки ожидать, Молить и требовать признанья, Подслушать сердца первый звук, Преследовать любовь, и вдруг Добиться тайного свиданья... И после ей наедине Давать уроки в тишине!
Giamaica! Giamaica! Quando mi sembrava di bruciare sotto il tuo bel sole ardente. Sai che mi potevo dissetare presso l'acqua di una fonte. Ma come potro dissetare l'arsura di questo mio cuore, Che dalla passione d'amore sento bruciar?!
Он ненавидит ее, тем не менее, ему не хватило духу поймать ее, когда она сбежала... Я бы хотела наказать его: как по мне, оставить его сердце в теле той, кого он ненавидит — лучшее наказание.