Есенин к жизни своей отнесся как к сказке. Он Иван-царевичем на Сером Волке перелетел океан и, как Жар-птицу, поймал за хвост Айседору Дункан. Он и стихи свои писал сказочными способами: то, как из карт, раскладывая пасьянсы из слов, то записывая их кровью сердца.
Творя Господнюю молитву По чёткам триста и пятьсот, Стараясь в сердце её вникнуть, Я сердцем слышу: удалось Согреть не только тело бренно, Сколь ум и душу возбудить, И падать ниц пред Ним смиренно, И слезным помыслом молить, Чтоб сохранил тепло благое На целый день, на длинный путь, Чтоб мог я милостивой волей Исполнить заданный мне труд. Но сокрушенье наступает, Едва коснусь упругих дел. Накал молитвы остывает Под градом сатанинских стрел, Под видом помыслов о славе, О благочестии в труде, Смирения в дрянной оправе, Сочувствия в чужой беде…О Боже Правый, Милосердный, Услыши вопль моей души, Избавь от помыслов зловредных, Мое зазнайство сокруши! И сохрани тепло молитвы В моей душе на всякий миг. Когда повеет холод липкий, Начнёт тускнеть Твой светлый Лик.
— ... Чем вы занимаетесь на досуге? — Читаю, рисую, пишу стихи. Слабые. Когда я инкогнито посылаю свои вирши на рецензию, мне обычно приходит ответ, что они ужасно бездарны. — Люди, которые любят говорить о бездарности других, обычно хорошо знакомы с темой изнутри. Не слушайте их.
Удивительно, старый блокнот на родительской хате отрыв Обнаружить, что вся моя жизнь описана в глупых стихах школьной поры Откуда тот прыщавый юнец знал, как поседев, будет плакать навзрыд Когда станут равно невыносимы внутренний и внешний миры
В детстве мы жили-были, Сказочно были-жили, В детстве все звезды ярче светили, Были дома большими. Шли мы легко за днями, Щедрой была дорога. Ах, как сияло солнце над нами, Как его было много! Как наше сердце билось! Как нам светло мечталось! Что-то исчезло, что-то забылось, Многое в нас осталось. Солнце по небу катит, Вновь ему в небе тесно. Пусть в человеке светят, не гаснут Добрые сказки детства!