— Я очень рад, что ты вернулся. Чего ты плачешь? — Я не плачу! Это... тренировка лицевых мышц. Морду лица качаю, чтоб она была... мускулистая! Вот ты не качаешь, поэтому рожа как у дрища, даже сквозь маску видно! Короче, я не плачу, а тренируюсь. — Слушай... А ты меня научишь? — Научу.
— Фрэнк! Здорово всё это, заниматься на главном ринге с тобой и со всей командой. Но у меня уже есть тренер. — Останови съемку. — Нет-нет, не останавливай. — Остановите съемку!... В чём проблема, Малыш? Думал, ты рад будешь, что я хочу работать с тобой. Я делаю тебе одолжение. — Я рад, что ты решил спуститься с «вершины горы» позаниматься со мной, но мне одолжения ни к чему. Мне нужен тренер. Ты дал мне этого дебила — он такой тормоз, что даже сейчас не врубается, что о нём говорят. Видишь? — Что есть, то есть. — Ты решил воспользоваться моей популярностью. Признайся в этом, Фрэнк. — Оу, признаться?! По чесноку? Ну ладно. Ты настоящая медиа-шлюшка. — Это твоя мать — шлюшка! — Что? — Твоя мать — шлюшка! Я сына назвал в честь её лучшего трюка. Так ведь, BJ?
— Подъём! — Что случилось? На нас напали? — Нет. Пора на тренировку. — Ночь же на дворе. — Скоро рассвет. — Скоро — это когда? — Часов через шесть. Как раз размяться успеем...