Кристофер Смит / Миротворец

— Я очень рад, что ты вернулся. Чего ты плачешь? — Я не плачу! Это... тренировка лицевых мышц. Морду лица качаю, чтоб она была... мускулистая! Вот ты не качаешь, поэтому рожа как у дрища, даже сквозь маску видно! Короче, я не плачу, а тренируюсь. — Слушай... А ты меня научишь? — Научу.

— Ты чё, понторез? — А чё нет, если понты по делу? — Черт. Это точно.

— Щас будет история. Работал я с одним челом, Бладспортом. Наёмник. Крутой как яйца. Стволы аж из жопы торчат. И боится крыс, прикинь?! И не просто боится, а прям до визга! Как девчонка какая-то! [...] — Говоришь, этот петух боялся крыс? Я надеюсь, это не он тебя подстрелил? — ... Вообще-то эти данные засекречены.

— Он (пришелец) сбежал и влез в восточную женщину. — В азиатку. — По-моему, она — восточная. — Нельзя говорить «восточная». Азиатка. — Почему? — ... Никто не знает, но нельзя! — Знают, тупица. «Восточная» означает неодушевленный предмет, и для многих это оскорбительно! — Вот же какие все нежные стали, а! — О, эти немыслимые страдания белых гетеросексуальных мужчин, заточенных в мире, где иногда приходится заменять одно слово другим...

— Слушай, ты меня интересуешь только как боец, и то, что ты симпатичный, не отменяет того, что ты м*дак и убийца. — Я симпатичный?

— Люблю кровавую резню по утрам. — А ты точно Миротворец? — Мир я ценю всем сердцем. И ради него выкошу стариков, женщин и детей.

— Меня обвиняют в аморальности люди, которые убивают других людей... — Я никого не убиваю зря! После Кита я дал клятву... — Ну да, клятву! — ...убивать только ради мира! — Господи. — Чтобы больше никто не умер без причины! — Ну вот реально, что за тупость?! Ты убиваешь, чтобы смерть не была бессмысленной?!

— Он не укусит? — Нет. — Обожаю зверюшек! — Да. Орлуша классный. — Привет, малыш!... Ё-моё, ты же сказал, что не укусит! — Ну да, меня не укусит.

— Я это сделаю. — Нельзя! Гофф знает нас в лицо! — А я усы приклею.

— Ты что, новости не смотришь?! — Нет. Нафига? Чтоб расстраиваться?

— Клео Казо, Крысолов 2. — А Крысолов 1 не по бюджету? — Он умер, это его дочь... Казо, пройдем с нами. — Только проснулась... Я плохо функционирую по утрам... — Приношу свои глубочайшие извинения. — Ммм... Да ничего... — А НУ БЫСТРО ПОДНЯЛА ЖОПУ! — Миллениалы.

Рок всегда к месту.

— Слушай, я помню, когда мы познакомились я назвала тебя м*даком, но... Сейчас я так не считаю. — Да? — Процентов на 85 ты м*дак, но остальные 15...

— Я видела, что ты ехал мимо, развернулся, а потом пошёл за мной. — Брось! Ты меня каким-то сталкером изобразила! — Нет. Это ты повёл себя как сталкер, а я просто описала.

— А как ты откинулся-то? — Я теперь на госслужбе. Ясно? — На почте? — Думаешь, меня выпустили письма разносить?!

— Слушай сюда. Один стук значит «да», два стука — «нет». Тебе понятно? Значит так. Это что, пацифик? — (стук) — О, Гофф, какой твой любимый цвет? — Я же сказал спрашивать только «да» или «нет»! — О, точно. Гофф, твой любимый цвет — бирюзовый? — Ты совсем дебил?! — Что? Я перечислю все цвета, и мы узнаем, какой ему нравится. — На фига тебе его любимый цвет? И почему бирюзовый? — А разве не интересно, что у пришельца-богомола есть любимый цвет, и это может быть бирюзовый? — Да, немножко, но он нарисовал на банке пацифик, это же интереснее! — Да, согласен. Гофф, почему ты нарисовал на банке знак мира? — ДА или НЕТ! Спрашивай так, чтобы он мог ответить ДА или НЕТ! — Почему так сложно?!