Цитаты про злость

— Вот так, — ухмыляется парень и отстраняется, — Глуши свои чувства злостью ко мне, а не нейролептиками или этими ужасными следами на твоих руках и ладонях, — смеясь, он проводит рукой по волосам.

Много больного нужно не лекарствами пичкать, а хорошенько разозлить.

Нечего тыкать другим в глаза свою злость, все мы сейчас на войне одинаковые: и злые — злые, и добрые — тоже злые! А кто не злой, тот или войны не видал, или думает, что немцы его пожалеют за его доброту.

Ты смелая и добрая, но иногда нужно разозлиться по-настоящему. Разозлиться, чтобы что-то изменить.

Моя злость, как кость, когда не так срослось.

Она ненавидела это в себе. То, что злость часто выливалась в слёзы, когда не находила выхода.

Лёжа в траве, на животе, так что сердце билось о тёплую землю, я призадумалась. Ведь бабушка – взрослая. Она не хотела бы, чтобы я видела, как она плачет, и если заметит меня, то рассердится.

Но, как ветошку, себя затирать я не дам. и не таким людям не давал я себя затирать, тем более не позволю покуситься на это человеку развращённому. Я не ветошка; я, сударь мой, не ветошка!

Я не мог встать и уйти, когда злился, поэтому просто закрывал глаза и оставлял Вселенную снаружи.

Мне всегда хотелось быть демоном. Они могут злиться, могут совершать плохие поступки, потому что их никто не осудит.

Тьма внутри такой, как я, означала бы разрушение Равновесия.

Я открыла в себе тьму: злость, зависть, леность. И приняла ее. Приняла, чтобы затем встретить свой конец на сырой земле.

Гнев рождается и развивается чаще всего у тех, кто чувствует себя лишённым возможности двигаться вперёд по жизненному пути. Они не поняли, кто они такие, чего хотят и куда им идти. Большинство справляется с задачей продвижения вперёд, ставя себе краткосрочные и долгосрочные цели: купить машину, дом, отправиться в путешествие… Они концентрируют всю свою энергию на материальном и ждут удовлетворения, получая его в своё распоряжение. Но обеспечить свои нужды не значит обрести счастье. Никакие материальные блага не принесут ощущения внутренней полноты. И когда эти люди осознают, что получаемые ими удовольствия лишь ненадолго скрашивают их безрадостное существование, когда они начинают понимать, что решение можно найти, но для этого придётся пересмотреть фундамент, на котором они топчутся, горюют, впадают в депрессию. Вместо того чтобы заняться настоящей проблемой, люди совершают решительные поступки: например, расстаются со своим спутником жизни, который слишком хорошо их знает, и уходят к другому, надеясь предстать перед ним совершенно иной личностью. Или собирают чемодан и уезжают в другую страну, надеясь обрести нового себя (или от себя избавиться) под новыми небесами. Бегство обычно не приносит успеха, ведь они берут с собой болезнь, от которой страдают. Я стараюсь привести пациента к пониманию того, что ни вещи, ни роли, которыми человек себя развлекает, не избавят его от ощущения тоски, порождённой внутренней пустотой. В нём нет его самого. Нет того, что он из себя представляет. Я стремлюсь переключить человека на духовное с помощью тех ценностей, которые и в самом деле являются главными; чтобы он почувствовал себя собой во взаимодействии с другими людьми, в служении им, включил процесс самоанализа. Но для того, чтобы это произошло, нужно очистить душу от отягощающего осадка бессмысленного опыта. Что такое гнев, как не признак недовольства, который овладевает человеком, который не идёт своим путём? Один знаток Торы однажды сказал мне, что раздражают нас только те, на кого мы похожи сами, те, кто показываем нам, кто мы есть, какими были или можем быть. Эту истину трудно принять. Нужно время, нужно мудрость, чтобы согласиться с мыслью, что недостатки человека, которого мы терпеть не можем, – это наши недостатки, и против них-то мы и ополчаемся. “Тупость” или “ограниченность”, которая так нас раздражает в других, – это проявление той самой безжизненности, от которой страдаем мы сами. Профессора философии возмутит мнение несогласного с ним коллеги, но при этом он снисходительно выслушает нелепые мнения студента. Или вот ещё пример. Когда вы едете на машине и кто-то проявляет по отношению к вам агрессию: не пропускает вперёд, подрезает или оскорбляет, у вас есть две возможности: вы можете ответить обидчику тем же, показав, что у вас те же самые проблемы, или уступить ему, не отвечая. Потому что вы понимаете: он злится из-за такого пустяка, оттого что несчастен, закомплексован. И если для него так важно проехать первым, значит, он просто несчастлив в своей жизни. Мои пациенты – это люди в ярости, с которой они не справляются. Моя задача – помочь им понять, что злятся они на самих себя. Но для этого им нужно узнать, кто они такие. Научиться себя понимать. Моя работа состоит в том, чтобы вывести их на дорогу, где они встретятся сами с собой.

Чувства – они ведь всегда про «сейчас», а не про характер. Если вы злитесь, это ничего не говорит о том, какой вы человек, но может многое рассказать о происходящем. Возможно, нарушаются ваши границы. Или обесценивается то, что вам дорого. Или вы настолько долго не отдыхали, что тело переключилось в режим боевой готовности и теперь реагирует командой «Враг!» даже на малейшее движение тени ветки.

Сартр сказал мне однажды, что очень умные люди не бывают злыми, злость предполагает ограниченность, априорную глупость, и, к моему изумлению, время лишь подтвердило правоту этих слов.

– Маргарита? – воскликнула Бланка. – Она заперлась у себя, она сердится, она говорит, что вы такой же злой, как и красивый.