25 цитат персонажа «Алекс» — от иронии до философии

Собрали 25 цитат персонажа «Алекс» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Интрига — это старое и безотказное оружие.

   Интрига — это старое и безотказное оружие.

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   На всех свадебных фото я снят с левой стороны, но это не страшно — Салли утверждает, что это моя лучшая сторона. А ты, помнится, всегда считала, что лучше всего я выгляжу с затылка.

   На всех свадебных фото я снят с левой стороны, но это не страшно — Салли утверждает, что это моя лучшая сторона. А ты, помнится, всегда считала, что лучше всего я выгляжу с затылка.

   — Сесилия Ахерн · книга
3. «

   ... Я решила держать, так сказать, руку на пульсе у местных вожаков. А как известно, пульс лучше прощупывается на горле. И особенно если предварительно его слегка сдавить.

   ... Я решила держать, так сказать, руку на пульсе у местных вожаков. А как известно, пульс лучше прощупывается на горле. И особенно если предварительно его слегка сдавить.

   — Арсен Шмат · книга
4. «

   — Похоже, что кто-то другой, более могущественный, тоже поставил на нас свой эксперимент, — сказал Сергей. – Понять бы его план, цели и ожидаемый результат… — А вот это вряд ли. Есть цели и планы в космосе, которые настолько больше и важнее нас, что как бы мы ни пытались разгадать их, ничего не получится. Не вижу смысла беспокоиться об этом. Нужно выполнять свою задачу и не тратить время на поиски ответов там, где они просто невозможны.

   — Похоже, что кто-то другой, более могущественный, тоже поставил на нас свой эксперимент, — сказал Сергей. – Понять бы его план, цели и ожидаемый результат… — А вот это вряд ли. Есть цели и планы в космосе, которые настолько больше и важнее нас, что как бы мы ни пытались разгадать их, ничего не получится. Не вижу смысла беспокоиться об этом. Нужно выполнять свою задачу и не тратить время на поиски ответов там, где они просто невозможны.

   — Сергей
5. «

   Па и ма в своей спальне по соседству уже привыкли и отучились стучать мне в стенку, жалуясь на то, что у них называлось «шум». Я их хорошо вымуштровал. Сейчас они примут снотворное. А может, зная о моем пристрастии к музыке по ночам, они его уже приняли.

   Па и ма в своей спальне по соседству уже привыкли и отучились стучать мне в стенку, жалуясь на то, что у них называлось «шум». Я их хорошо вымуштровал. Сейчас они примут снотворное. А может, зная о моем пристрастии к музыке по ночам, они его уже приняли.

   — Энтони Бёрджесс · книга
6. «

   Застенчивые в итоге часто оказываются самыми порочными.

   Застенчивые в итоге часто оказываются самыми порочными.

   — Пенелопа Дуглас · книга
7. «

   Наверное, в этом все дело, думал я. Наверное, я просто слишком стар становлюсь для той жизни, бллин, которую вел все это время. Восемнадцать — это совсем немало. В восемнадцать лет у Вольфганга Ама-деуса уже написаны были концерты, симфонии, оперы, оратории и всякий прочий кaл... хотя нет, не кaл, а божественная музыка. Потом еще Феликс М. со своей увертюрой «Сон в летнюю ночь». Дай другие. Еще был французский поэт, которого положил на музыку Бенджи Бритт — у того вообще все стихи к пятнадцати годам, бллин, уже были написаны. Артюр его звали. Стало быть, восемнадцать лет — это не такой уж и молодой возраст. Но мне-то теперь что делать?

   Наверное, в этом все дело, думал я. Наверное, я просто слишком стар становлюсь для той жизни, бллин, которую вел все это время. Восемнадцать — это совсем немало. В восемнадцать лет у Вольфганга Ама-деуса уже написаны были концерты, симфонии, оперы, оратории и всякий прочий кaл... хотя нет, не кaл, а божественная музыка. Потом еще Феликс М. со своей увертюрой «Сон в летнюю ночь». Дай другие. Еще был французский поэт, которого положил на музыку Бенджи Бритт — у того вообще все стихи к пятнадцати годам, бллин, уже были написаны. Артюр его звали. Стало быть, восемнадцать лет — это не такой уж и молодой возраст. Но мне-то теперь что делать?

   — Энтони Бёрджесс · книга
8. «

   Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

   Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

   — Лорен Оливер · книга
9. «

   Я хочу стать одной из причин, чтобы ты жила. Просто знай это.

   Я хочу стать одной из причин, чтобы ты жила. Просто знай это.

   — Стейс Крамер · книга
10. «

    Ты куда? Зебры водить не умеют, только люди и пингвины.

    Ты куда? Зебры водить не умеют, только люди и пингвины.
11. «

    Не наезжай, и тебя не переедут.

    Не наезжай, и тебя не переедут.

    — Арсен Шмат · книга
12. «

    Юность не вечна, о да. И потом, в юности ты всего лишь вроде как животное, что ли. Нет, даже не животное, а скорее какая-нибудь игрушка, что продаются на каждом углу, — вроде как жестяной человечек с пружиной внутри, которого ключиком снаружи заведешь – др-др-др, и он пошел вроде как сам по себе, бллин. Но ходит он только по прямой и на всякие vestshi натыкается – бац, бац, к тому же если уж он пошел, то остановиться ни за что не может. В юности каждый из нас похож на такую malennkuju заводную shtutshku.

    Юность не вечна, о да. И потом, в юности ты всего лишь вроде как животное, что ли. Нет, даже не животное, а скорее какая-нибудь игрушка, что продаются на каждом углу, — вроде как жестяной человечек с пружиной внутри, которого ключиком снаружи заведешь – др-др-др, и он пошел вроде как сам по себе, бллин. Но ходит он только по прямой и на всякие vestshi натыкается – бац, бац, к тому же если уж он пошел, то остановиться ни за что не может. В юности каждый из нас похож на такую malennkuju заводную shtutshku.

    — Энтони Бёрджесс · книга
13. «

    Выпьешь это хитрое молочко, свалишься, а в bashke одно: все вокруг bred и hrenovina, и вообще все это уже когда-то было.

    Выпьешь это хитрое молочко, свалишься, а в bashke одно: все вокруг bred и hrenovina, и вообще все это уже когда-то было.

    — Энтони Бёрджесс · книга
14. «

    ... Советую тебе поддать хорошенько! Не бывает некрасивых людей, бывает мало выпито!

    ... Советую тебе поддать хорошенько! Не бывает некрасивых людей, бывает мало выпито!

    — Сесилия Ахерн · книга
15. «

    — На что твои призраки похожи? — Они на изнанках моих век.

    — На что твои призраки похожи? — Они на изнанках моих век.

    — Джонатан Сафран Фоер · книга
16. «

    Вы рады? До позеленения! Я знаю, вы меня любите! Меня нельзя не любить, я обаятельный…

    Вы рады? До позеленения! Я знаю, вы меня любите! Меня нельзя не любить, я обаятельный…

    — Галина Гончарова · книга
17. «

    Я уже настрадался так, что больше страдать просто не способен.

    Я уже настрадался так, что больше страдать просто не способен.

    — Энтони Бёрджесс · книга
18. «

    В бред людям проще поверить.

    В бред людям проще поверить.

    — Арсен Шмат · книга
19. «

    Хоть бы дело сказал, а то взял и оплевал.

    Хоть бы дело сказал, а то взял и оплевал.
20. «

    Если друг сочтет, что должен уйти, — я отпущу его. С сожалениями, со слезой, но отпущу. Дружба — это не ошейник или цепь, это единство. А его насильно не добьешься.

    Если друг сочтет, что должен уйти, — я отпущу его. С сожалениями, со слезой, но отпущу. Дружба — это не ошейник или цепь, это единство. А его насильно не добьешься.

    — Галина Гончарова · книга