Топ-35 цитат персонажа «Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs)»

35 цитат персонажа «Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs)» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Лили вообще не знала, что такое мера. В средних классах она первой закурила травку, в старших — первой потеряла невинность и первой же занялась прыжками с парашютом в университете. Она любила всё, что не отвечало ей взаимностью, — так она чувствовала, что живёт.

   Лили вообще не знала, что такое мера. В средних классах она первой закурила травку, в старших — первой потеряла невинность и первой же занялась прыжками с парашютом в университете. Она любила всё, что не отвечало ей взаимностью, — так она чувствовала, что живёт.

   — Дьявол носит «Prada» (The Devil wears Prada) · фильм
2. «

   — Позвоните моему мужу насчет обеда и… — В Фостис? Уже звонила. — Я должна переодеться. — Да. Я уже отправила вашу одежду с посыльным. — Хорошо. И, Андреа, сегодня я вас прошу доставить книгу мне на дом. Эмили даст вам ключ.

   — Позвоните моему мужу насчет обеда и… — В Фостис? Уже звонила. — Я должна переодеться. — Да. Я уже отправила вашу одежду с посыльным. — Хорошо. И, Андреа, сегодня я вас прошу доставить книгу мне на дом. Эмили даст вам ключ.

   — Миранда Пристли · фильм
3. «

   Мне следовало принять превентивные меры и, войдя в контакт с каждым задействованным лицом, убедиться, что наш тщательно разработанный план сработал.

   Мне следовало принять превентивные меры и, войдя в контакт с каждым задействованным лицом, убедиться, что наш тщательно разработанный план сработал.

   — Лорен Вайсбергер · книга
4. «

   Конечно, не очень-то приятно было сознавать, что, если бы мы не работали именно на Миранду Пристли, эти же самые люди ничтоже сумняшеся переехали бы нас на своих лимузинах.

   Конечно, не очень-то приятно было сознавать, что, если бы мы не работали именно на Миранду Пристли, эти же самые люди ничтоже сумняшеся переехали бы нас на своих лимузинах.

   — Лорен Вайсбергер · книга
5. «

   – Это все мелочи. Главное, они опубликуют его в февральском номере и заплатят мне три тысячи баксов. Здорово, а? – Поздравляю, Энди. Это замечательно. Это будет как бы твоя реклама, верно? – Ну да. Конечно, это не «Нью-Йоркер», но начало очень хорошее. Может, если мне удастся протолкнуть еще пару-тройку вещей в разные журналы, что-нибудь и получится. В пятницу мы с этой женщиной встречаемся, и она просила принести все, что у меня еще есть. И даже не спросила, говорю ли я по-французски. И еще она терпеть не может Миранду. С этой Лореттой можно иметь дело.

   – Это все мелочи. Главное, они опубликуют его в февральском номере и заплатят мне три тысячи баксов. Здорово, а? – Поздравляю, Энди. Это замечательно. Это будет как бы твоя реклама, верно? – Ну да. Конечно, это не «Нью-Йоркер», но начало очень хорошее. Может, если мне удастся протолкнуть еще пару-тройку вещей в разные журналы, что-нибудь и получится. В пятницу мы с этой женщиной встречаемся, и она просила принести все, что у меня еще есть. И даже не спросила, говорю ли я по-французски. И еще она терпеть не может Миранду. С этой Лореттой можно иметь дело.

   — Лорен Вайсбергер · книга
6. «

   Сколько-нибудь пристойное жилье на Манхэттене найти было труднее, чем сколько-нибудь приличного парня-натурала.

   Сколько-нибудь пристойное жилье на Манхэттене найти было труднее, чем сколько-нибудь приличного парня-натурала.

   — Лорен Вайсбергер · книга
7. «

   Услышать что-нибудь милое и доброжелательное было бы настолько странно, что лично мне непременно захотелось бы сразу же повесить трубку.

   Услышать что-нибудь милое и доброжелательное было бы настолько странно, что лично мне непременно захотелось бы сразу же повесить трубку.

   — Лорен Вайсбергер · книга
8. «

   Я никогда не сходила с ума по новогодним праздникам. Не помню, кто первый назвал их вечером дилетантов (кажется, Хью Хефнер), говоря, что предпочитает Новому году остальные триста шестьдесят четыре дня в году, но я готова с этим согласиться. Принудительная пьянка и развлекательная программа совсем не гарантируют, что вы хорошо проведете время.

   Я никогда не сходила с ума по новогодним праздникам. Не помню, кто первый назвал их вечером дилетантов (кажется, Хью Хефнер), говоря, что предпочитает Новому году остальные триста шестьдесят четыре дня в году, но я готова с этим согласиться. Принудительная пьянка и развлекательная программа совсем не гарантируют, что вы хорошо проведете время.

   — Лорен Вайсбергер · книга
9. «

   Счастлива ли я, работая у его жены? Хм. Дайте подумать. Испытывает ли счастье кролик, когда его проглатывает удав?

   Счастлива ли я, работая у его жены? Хм. Дайте подумать. Испытывает ли счастье кролик, когда его проглатывает удав?

   — Лорен Вайсбергер · книга
10. «

    — Позавчера мы были в отделе красоты. Она взяла щипцы для ресниц «SHU UEMURA» и спрашивает: «Что это такое?». [сплетничают, какая Энди далекая от моды и тут входит преображенная Энди] Как ты… Это у тебя что? Ша… — Сапоги от Шанель, да? Да.

    — Позавчера мы были в отделе красоты. Она взяла щипцы для ресниц «SHU UEMURA» и спрашивает: «Что это такое?». [сплетничают, какая Энди далекая от моды и тут входит преображенная Энди] Как ты… Это у тебя что? Ша… — Сапоги от Шанель, да? Да.

    — Эмили Чартон · фильм
11. «

    — Я пришла на собеседование к мисс Эмили Ча... — Анреа Сакс? Понятно. У сотрудников отдела кадров, видимо, совсем крыша съехала. Идёмте. Раньше я была младшей ассистенткой Миранды, но меня повысили. Моя старшая ушла на повышение. Постарайтесь, две последние стажерки не продержались у Миранды и двух недель. Нам нужен человек, который здесь выживет. — А Миранда, это кто? — О боже! Будем считать, что вы не задавали этого вопроса. Она главный редактор «Подиума» и легендарная личность. Тебя возьмут в любой журнал, если сможешь продержаться у неё год.

    — Я пришла на собеседование к мисс Эмили Ча... — Анреа Сакс? Понятно. У сотрудников отдела кадров, видимо, совсем крыша съехала. Идёмте. Раньше я была младшей ассистенткой Миранды, но меня повысили. Моя старшая ушла на повышение. Постарайтесь, две последние стажерки не продержались у Миранды и двух недель. Нам нужен человек, который здесь выживет. — А Миранда, это кто? — О боже! Будем считать, что вы не задавали этого вопроса. Она главный редактор «Подиума» и легендарная личность. Тебя возьмут в любой журнал, если сможешь продержаться у неё год.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · фильм
12. «

    Самоуверенность, делавшая его голос таким сексуальным, теперь очень походила на высокомерие; беда только, что от этого он стал звучать еще сексуальнее.

    Самоуверенность, делавшая его голос таким сексуальным, теперь очень походила на высокомерие; беда только, что от этого он стал звучать еще сексуальнее.

    — Лорен Вайсбергер · книга
13. «

    Настоящий мужчина? Забавно. Раньше, когда я слышала эту фразу, я всегда представляла себе Шакила О'Нила, мчащегося с мячом к кольцу, – и уж никак не специалиста по окраске волос.

    Настоящий мужчина? Забавно. Раньше, когда я слышала эту фразу, я всегда представляла себе Шакила О'Нила, мчащегося с мячом к кольцу, – и уж никак не специалиста по окраске волос.

    — Лорен Вайсбергер · книга
14. «

    Идеальный мужчина должен был обладать пятью «приоритетными» достоинствами: интеллектом, чувством юмора, хорошей фигурой, привлекательной внешностью и работой, которая подпадала бы под широкое определение «нормальной». Поскольку возможность существования в природе подобного идеала была весьма сомнительной, выделялось пять «второстепенных» достоинств. Сюда входило отсутствие шизанутой «бывшей», ненормальных родителей или повернутых на сексе товарищей по комнате; кроме того, учитывалось наличие у парня каких либо жизненных интересов (не считая спорта и порнухи).

    Идеальный мужчина должен был обладать пятью «приоритетными» достоинствами: интеллектом, чувством юмора, хорошей фигурой, привлекательной внешностью и работой, которая подпадала бы под широкое определение «нормальной». Поскольку возможность существования в природе подобного идеала была весьма сомнительной, выделялось пять «второстепенных» достоинств. Сюда входило отсутствие шизанутой «бывшей», ненормальных родителей или повернутых на сексе товарищей по комнате; кроме того, учитывалось наличие у парня каких либо жизненных интересов (не считая спорта и порнухи).

    — Лорен Вайсбергер · книга
15. «

    Мои друзья, которые устроились на работу сразу после выпуска, уже отработали полные шесть месяцев в качестве начинающих, и все, как один, чувствовали себя несчастными. Не важно, чем они занимались — банковским делом, рекламой или книгоиздательством, — все они были разочарованы. Со слезами в голосе они рассказывали о бесконечно тянущихся днях, о сослуживцах, о подковерных интригах, но больше всего — о скуке. По сравнению с учебой в университете то, что они делали теперь, было бессмысленным и никчемным мартышкиным трудом. Долгими часами они забивали цифры в базу данных или обзванивали людей, которые не желали, чтобы им звонили. Неделями они безучастно сортировали информацию в компьютере и узнавали совершенно не относящиеся к делу детали — и их наниматели считали, что они работают вполне продуктивно. Все мои друзья были убеждены, что за короткое время после окончания университета они изрядно поглупели, и никакой надежды на лучшее у них не было. Я, может, и не особенно интересовалась модой, но уж лучше делать что-то интересное, чем умереть от скуки.

    Мои друзья, которые устроились на работу сразу после выпуска, уже отработали полные шесть месяцев в качестве начинающих, и все, как один, чувствовали себя несчастными. Не важно, чем они занимались — банковским делом, рекламой или книгоиздательством, — все они были разочарованы. Со слезами в голосе они рассказывали о бесконечно тянущихся днях, о сослуживцах, о подковерных интригах, но больше всего — о скуке. По сравнению с учебой в университете то, что они делали теперь, было бессмысленным и никчемным мартышкиным трудом. Долгими часами они забивали цифры в базу данных или обзванивали людей, которые не желали, чтобы им звонили. Неделями они безучастно сортировали информацию в компьютере и узнавали совершенно не относящиеся к делу детали — и их наниматели считали, что они работают вполне продуктивно. Все мои друзья были убеждены, что за короткое время после окончания университета они изрядно поглупели, и никакой надежды на лучшее у них не было. Я, может, и не особенно интересовалась модой, но уж лучше делать что-то интересное, чем умереть от скуки.

    — Лорен Вайсбергер · книга
16. «

    Вряд ли на этот скудный скарб вообще стоило наклеивать ярлыки, но тут уж во мне заговорила секретарша.

    Вряд ли на этот скудный скарб вообще стоило наклеивать ярлыки, но тут уж во мне заговорила секретарша.

    — Лорен Вайсбергер · книга
17. «

    «Ну конечно, это ведь Миранда», – думала я, выйдя из ее кабинета и пытаясь уяснить, с чего надо начать выполнение поручения, несомненно, таящего в себе тысячи подвохов.

    «Ну конечно, это ведь Миранда», – думала я, выйдя из ее кабинета и пытаясь уяснить, с чего надо начать выполнение поручения, несомненно, таящего в себе тысячи подвохов.

    — Лорен Вайсбергер · книга
18. «

    Я терпеть не могла, когда люди так формулировали свой вопрос, спрашивали, есть ли у вас планы, не сказав, что собираются предложить. Может, он хочет устроить дочери соседей протекцию в «Подиум» и попросит меня взглянуть на ее резюме? А может, ему нужно, чтобы кто-нибудь погулял с его собакой, пока он будет давать очередное интервью «Нью-Йорк таймс»?

    Я терпеть не могла, когда люди так формулировали свой вопрос, спрашивали, есть ли у вас планы, не сказав, что собираются предложить. Может, он хочет устроить дочери соседей протекцию в «Подиум» и попросит меня взглянуть на ее резюме? А может, ему нужно, чтобы кто-нибудь погулял с его собакой, пока он будет давать очередное интервью «Нью-Йорк таймс»?

    — Лорен Вайсбергер · книга
19. «

    Мы с Лили взяли машину Алекса и поехали в «Икею» — Мекку для вчерашних студентов, подбирающих себе мебилировку.

    Мы с Лили взяли машину Алекса и поехали в «Икею» — Мекку для вчерашних студентов, подбирающих себе мебилировку.

    — Лорен Вайсбергер · книга
20. «

    Он доверительно наклонился ко мне, его восхищение можно было потрогать пальцами.

    Он доверительно наклонился ко мне, его восхищение можно было потрогать пальцами.

    — Лорен Вайсбергер · книга