23 фразы персонажа «Анна Каренина», которые запомнились

Собрали 23 цитаты персонажа «Анна Каренина» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Но если бы ты знал, как мне тяжело! Я мучалась, ожидая тебя! Я не ревнива. Я верю тебе, когда ты тут, со мной; но когда ты где-то один ведёшь свою непонятную мне жизнь...

   Но если бы ты знал, как мне тяжело! Я мучалась, ожидая тебя! Я не ревнива. Я верю тебе, когда ты тут, со мной; но когда ты где-то один ведёшь свою непонятную мне жизнь...
2. «

   — Зачем же мне дан разум, если я не употреблю его на то, чтобы не производить на свет несчастных? Она посмотрела на Долли, но, не дождавшись ответа, продолжала: — Я бы всегда чувствовала себя виноватою пред этими несчастными детьми, — сказала она. — Если их нет, то они не несчастны по крайней мере, а если они несчастны, то я одна в этом виновата.

   — Зачем же мне дан разум, если я не употреблю его на то, чтобы не производить на свет несчастных? Она посмотрела на Долли, но, не дождавшись ответа, продолжала: — Я бы всегда чувствовала себя виноватою пред этими несчастными детьми, — сказала она. — Если их нет, то они не несчастны по крайней мере, а если они несчастны, то я одна в этом виновата.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
3. «

   Он думал, что он меня знает. А он знает меня так же мало, как кто бы то ни было на свете знает меня. Я сама не знаю. Я знаю свои аппетиты, как говорят французы.

   Он думал, что он меня знает. А он знает меня так же мало, как кто бы то ни было на свете знает меня. Я сама не знаю. Я знаю свои аппетиты, как говорят французы.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
4. «

   — Так сделайте это для меня, никогда не говорите мне этих слов, и будем добрыми друзьями, — сказала она словами, но совсем другое говорил её взгляд. — Друзьями мы не будем, вы это сами знаете. А будем ли мы счастливейшими или несчастнейшими из людей — это в вашей власти. Она хотела сказать что-то, но он перебил её. — Ведь я прошу одного, прошу права надеяться, мучаться, как теперь; но если и этого нельзя, велите мне исчезнуть, и я исчезну. Вы не будете видеть меня, если моё присутствие тяжело вам. — Я не хочу никуда прогонять вас. — Только не изменяйте ничего. Оставьте всё, как есть, — сказал он дрожащим голосом. — Вот ваш муж.

   — Так сделайте это для меня, никогда не говорите мне этих слов, и будем добрыми друзьями, — сказала она словами, но совсем другое говорил её взгляд. — Друзьями мы не будем, вы это сами знаете. А будем ли мы счастливейшими или несчастнейшими из людей — это в вашей власти. Она хотела сказать что-то, но он перебил её. — Ведь я прошу одного, прошу права надеяться, мучаться, как теперь; но если и этого нельзя, велите мне исчезнуть, и я исчезну. Вы не будете видеть меня, если моё присутствие тяжело вам. — Я не хочу никуда прогонять вас. — Только не изменяйте ничего. Оставьте всё, как есть, — сказал он дрожащим голосом. — Вот ваш муж.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
5. «

   Зачем эти церкви, этот звон и эта ложь? Только для того, чтобы скрыть, что мы все ненавидим друг друга.

   Зачем эти церкви, этот звон и эта ложь? Только для того, чтобы скрыть, что мы все ненавидим друг друга.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
6. «

   Мне, главное, не хотелось бы, чтобы думали, что я что-нибудь хочу доказать. Я ничего не хочу доказывать, я просто хочу жить; никому не делать зла, кроме себя. Это я имею право, не правда ли?

   Мне, главное, не хотелось бы, чтобы думали, что я что-нибудь хочу доказать. Я ничего не хочу доказывать, я просто хочу жить; никому не делать зла, кроме себя. Это я имею право, не правда ли?

   — Лев Николаевич Толстой · книга
7. «

   — А я знаю, отчего вы зовете меня на бал. Вы ждете много от этого бала, и вам хочется, чтобы все тут были, все принимали участие. — Почем вы знаете? Да. — О! как хорошо ваше время, — продолжала Анна. — Помню и знаю этот голубой туман, вроде того, что на горах в Швейцарии. Этот туман, который покрывает все в блаженное то время, когда вот-вот кончится детство, и из этого огромного круга, счастливого, веселого, делается путь все уже и уже, и весело и жутко входить в эту анфиладу, хотя она кажется и светлая и прекрасная... Кто не прошел через это?

   — А я знаю, отчего вы зовете меня на бал. Вы ждете много от этого бала, и вам хочется, чтобы все тут были, все принимали участие. — Почем вы знаете? Да. — О! как хорошо ваше время, — продолжала Анна. — Помню и знаю этот голубой туман, вроде того, что на горах в Швейцарии. Этот туман, который покрывает все в блаженное то время, когда вот-вот кончится детство, и из этого огромного круга, счастливого, веселого, делается путь все уже и уже, и весело и жутко входить в эту анфиладу, хотя она кажется и светлая и прекрасная... Кто не прошел через это?

   — Лев Николаевич Толстой · книга
8. «

   — Я должен вас спросить: чего вы от меня хотите? — Чего я хочу? Чего я могу хотеть? Чтобы вы не покинули меня, как вы этого желаете. Я хочу любви, а её нет. Стало быть... всё кончено? Всё кончено...

   — Я должен вас спросить: чего вы от меня хотите? — Чего я хочу? Чего я могу хотеть? Чтобы вы не покинули меня, как вы этого желаете. Я хочу любви, а её нет. Стало быть... всё кончено? Всё кончено...

   — Алексей Кириллович Вронский · фильм
9. «

   Уважение выдумали для того, чтобы скрывать пустое место, где должна быть любовь.

   Уважение выдумали для того, чтобы скрывать пустое место, где должна быть любовь.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
10. «

    Если сколько голов, столько умов, то и сколько сердец, столько родов любви.

    Если сколько голов, столько умов, то и сколько сердец, столько родов любви.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
11. «

    — Я люблю Вас. — За что? — Любовь не задает вопросов.

    — Я люблю Вас. — За что? — Любовь не задает вопросов.

    — Анна Каренина · фильм
12. «

    Туда! — говорила она, глядя в тень вагона, на смешанный с углем песок... — Туда, на самую середину, и я накажу его и избавлюсь от всех и от себя.

    Туда! — говорила она, глядя в тень вагона, на смешанный с углем песок... — Туда, на самую середину, и я накажу его и избавлюсь от всех и от себя.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
13. «

    Одно честолюбие, одно желание успеть — вот все что есть в его душе, — думала она, — а высокие соображения, любовь к просвещению, религия, все это — только орудия для того, чтоб успеть.

    Одно честолюбие, одно желание успеть — вот все что есть в его душе, — думала она, — а высокие соображения, любовь к просвещению, религия, все это — только орудия для того, чтоб успеть.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
14. «

    Я всегда думаю, что мужчины не понимают того, что благородно и неблагородно, но всегда говорят об этом.

    Я всегда думаю, что мужчины не понимают того, что благородно и неблагородно, но всегда говорят об этом.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
15. «

    Умереть – и он будет раскаиваться, будет жалеть, будет любить, будет страдать за меня.

    Умереть – и он будет раскаиваться, будет жалеть, будет любить, будет страдать за меня.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
16. «

    Не надо никакой интуиции, просто хорошее зрение.

    Не надо никакой интуиции, просто хорошее зрение.
17. «

    Передайте вашей жене, что я люблю её, как прежде, и что если она не может простить мне моё положение, то я желаю ей никогда не прощать меня. Чтобы простить, надо пережить то, что я пережила, а от этого избави её бог.

    Передайте вашей жене, что я люблю её, как прежде, и что если она не может простить мне моё положение, то я желаю ей никогда не прощать меня. Чтобы простить, надо пережить то, что я пережила, а от этого избави её бог.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
18. «

    Уважение... уважение... Уважение выдумали, чтобы скрыть пустое место, где должна быть любовь.

    Уважение... уважение... Уважение выдумали, чтобы скрыть пустое место, где должна быть любовь.

    — Анна Каренина (1967) · фильм
19. «

    Я никогда не была строга и нетерпима. Мне просто некогда.

    Я никогда не была строга и нетерпима. Мне просто некогда.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
20. «

    — Из-за меня ты пожертвовала всем. Я не могу себе простить то, что ты несчастлива. — Я несчастлива?! Да я — как голодный человек, которому дали есть. Может быть, ему холодно, и платье у него разорвано, и стыдно ему, но он не несчастен.

    — Из-за меня ты пожертвовала всем. Я не могу себе простить то, что ты несчастлива. — Я несчастлива?! Да я — как голодный человек, которому дали есть. Может быть, ему холодно, и платье у него разорвано, и стыдно ему, но он не несчастен.

    — Алексей Вронский · сериал