38 цитат персонажа «Анна Каренина» — коротко и по делу

Собрали 38 цитат персонажа «Анна Каренина» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Какая странная, ужасная судьба, что оба Алексеи, не правда ли?

   Какая странная, ужасная судьба, что оба Алексеи, не правда ли?

   — Лев Николаевич Толстой · книга
2. «

   ...все мы созданы затем, чтобы мучаться, и что мы все знаем это и все придумываем средства, как бы обмануть себя. А когда видишь правду, что же делать?

   ...все мы созданы затем, чтобы мучаться, и что мы все знаем это и все придумываем средства, как бы обмануть себя. А когда видишь правду, что же делать?

   — Лев Николаевич Толстой · книга
3. «

   Если сколько голов, столько умов, то и сколько сердец, столько родов любви.

   Если сколько голов, столько умов, то и сколько сердец, столько родов любви.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
4. «

   Он думал, что он меня знает. А он знает меня так же мало, как кто бы то ни было на свете знает меня. Я сама не знаю. Я знаю свои аппетиты, как говорят французы.

   Он думал, что он меня знает. А он знает меня так же мало, как кто бы то ни было на свете знает меня. Я сама не знаю. Я знаю свои аппетиты, как говорят французы.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
5. «

   Умереть – и он будет раскаиваться, будет жалеть, будет любить, будет страдать за меня.

   Умереть – и он будет раскаиваться, будет жалеть, будет любить, будет страдать за меня.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
6. «

   Я чувствую, что лечу головой вниз в какую-то пропасть, но я не должна спасаться. И не могу.

   Я чувствую, что лечу головой вниз в какую-то пропасть, но я не должна спасаться. И не могу.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
7. «

   Моя любовь всё делается страстнее и себялюбивее, а его всё гаснет и гаснет, и вот отчего мы расходимся, – продолжала она думать. – И помочь этому нельзя. У меня всё в нём одном, и я требую, чтоб он весь больше и больше отдавался мне. А он всё больше и больше хочет уйти от меня. Мы именно шли навстречу до связи, а потом неудержимо расходимся в разные стороны. И изменить этого нельзя.

   Моя любовь всё делается страстнее и себялюбивее, а его всё гаснет и гаснет, и вот отчего мы расходимся, – продолжала она думать. – И помочь этому нельзя. У меня всё в нём одном, и я требую, чтоб он весь больше и больше отдавался мне. А он всё больше и больше хочет уйти от меня. Мы именно шли навстречу до связи, а потом неудержимо расходимся в разные стороны. И изменить этого нельзя.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
8. «

   Уважение выдумали для того, чтобы скрывать пустое место, где должна быть любовь.

   Уважение выдумали для того, чтобы скрывать пустое место, где должна быть любовь.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
9. «

   — Так сделайте это для меня, никогда не говорите мне этих слов, и будем добрыми друзьями, — сказала она словами, но совсем другое говорил её взгляд. — Друзьями мы не будем, вы это сами знаете. А будем ли мы счастливейшими или несчастнейшими из людей — это в вашей власти. Она хотела сказать что-то, но он перебил её. — Ведь я прошу одного, прошу права надеяться, мучаться, как теперь; но если и этого нельзя, велите мне исчезнуть, и я исчезну. Вы не будете видеть меня, если моё присутствие тяжело вам. — Я не хочу никуда прогонять вас. — Только не изменяйте ничего. Оставьте всё, как есть, — сказал он дрожащим голосом. — Вот ваш муж.

   — Так сделайте это для меня, никогда не говорите мне этих слов, и будем добрыми друзьями, — сказала она словами, но совсем другое говорил её взгляд. — Друзьями мы не будем, вы это сами знаете. А будем ли мы счастливейшими или несчастнейшими из людей — это в вашей власти. Она хотела сказать что-то, но он перебил её. — Ведь я прошу одного, прошу права надеяться, мучаться, как теперь; но если и этого нельзя, велите мне исчезнуть, и я исчезну. Вы не будете видеть меня, если моё присутствие тяжело вам. — Я не хочу никуда прогонять вас. — Только не изменяйте ничего. Оставьте всё, как есть, — сказал он дрожащим голосом. — Вот ваш муж.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
10. «

    Но если бы ты знал, как мне тяжело! Я мучалась, ожидая тебя! Я не ревнива. Я верю тебе, когда ты тут, со мной; но когда ты где-то один ведёшь свою непонятную мне жизнь...

    Но если бы ты знал, как мне тяжело! Я мучалась, ожидая тебя! Я не ревнива. Я верю тебе, когда ты тут, со мной; но когда ты где-то один ведёшь свою непонятную мне жизнь...
11. «

    Вы помните, что я запретила вам произносить слово «любовь», это гадкое слово, — вздрогнув сказала Анна; но тут же она почувствовала, что одним этим словом: запретила она показывала, что признавала за собой право на него и этим самым поощряла его говорить про любовь.

    Вы помните, что я запретила вам произносить слово «любовь», это гадкое слово, — вздрогнув сказала Анна; но тут же она почувствовала, что одним этим словом: запретила она показывала, что признавала за собой право на него и этим самым поощряла его говорить про любовь.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
12. «

    — Если я вам небезразлична, верните мне спокойствие. — Спокойствие я не могу вам дать. Лишь возможность отчаяния. Или величайшего счастья.

    — Если я вам небезразлична, верните мне спокойствие. — Спокойствие я не могу вам дать. Лишь возможность отчаяния. Или величайшего счастья.

    — Анна Каренина · фильм
13. «

    Не надо никакой интуиции, просто хорошее зрение.

    Не надо никакой интуиции, просто хорошее зрение.
14. «

    — Из-за меня ты пожертвовала всем. Я не могу себе простить то, что ты несчастлива. — Я несчастлива?! Да я — как голодный человек, которому дали есть. Может быть, ему холодно, и платье у него разорвано, и стыдно ему, но он не несчастен.

    — Из-за меня ты пожертвовала всем. Я не могу себе простить то, что ты несчастлива. — Я несчастлива?! Да я — как голодный человек, которому дали есть. Может быть, ему холодно, и платье у него разорвано, и стыдно ему, но он не несчастен.

    — Алексей Вронский · сериал
15. «

    — Но ради бога, что же лучше? Оставить сына или продолжать это унизительное положение? — Для кого унизительное положение? — Для всех и больше всего для тебя. — Ты говоришь унизительное... не говори этого. Эти слова не имеют для меня смысла, — сказала она дрожащим голосом. Ей не хотелось теперь, чтобы он говорил неправду. Ей оставалась одна его любовь, и она хотела любить его. Ты пойми, что для меня с того дня, как полюбила тебя, всё, всё переменилось. Для меня одно и одно — это твоя любовь. Если она моя, то я чувствую себя так высоко, так твердо, что ничто не может для меня быть унизительным. Я горда своим положением, потому что... горда тем... горда...

    — Но ради бога, что же лучше? Оставить сына или продолжать это унизительное положение? — Для кого унизительное положение? — Для всех и больше всего для тебя. — Ты говоришь унизительное... не говори этого. Эти слова не имеют для меня смысла, — сказала она дрожащим голосом. Ей не хотелось теперь, чтобы он говорил неправду. Ей оставалась одна его любовь, и она хотела любить его. Ты пойми, что для меня с того дня, как полюбила тебя, всё, всё переменилось. Для меня одно и одно — это твоя любовь. Если она моя, то я чувствую себя так высоко, так твердо, что ничто не может для меня быть унизительным. Я горда своим положением, потому что... горда тем... горда...

    — Лев Николаевич Толстой · книга
16. «

    — Я должен вас спросить: чего вы от меня хотите? — Чего я хочу? Чего я могу хотеть? Чтобы вы не покинули меня, как вы этого желаете. Я хочу любви, а её нет. Стало быть... всё кончено? Всё кончено...

    — Я должен вас спросить: чего вы от меня хотите? — Чего я хочу? Чего я могу хотеть? Чтобы вы не покинули меня, как вы этого желаете. Я хочу любви, а её нет. Стало быть... всё кончено? Всё кончено...

    — Алексей Кириллович Вронский · фильм
17. «

    Я никогда не была строга и нетерпима. Мне просто некогда.

    Я никогда не была строга и нетерпима. Мне просто некогда.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
18. «

    Зачем эти церкви, этот звон и эта ложь? Только для того, чтобы скрыть, что мы все ненавидим друг друга.

    Зачем эти церкви, этот звон и эта ложь? Только для того, чтобы скрыть, что мы все ненавидим друг друга.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
19. «

    Уважение... уважение... Уважение выдумали, чтобы скрыть пустое место, где должна быть любовь.

    Уважение... уважение... Уважение выдумали, чтобы скрыть пустое место, где должна быть любовь.

    — Анна Каренина (1967) · фильм
20. «

    — Зачем же мне дан разум, если я не употреблю его на то, чтобы не производить на свет несчастных? Она посмотрела на Долли, но, не дождавшись ответа, продолжала: — Я бы всегда чувствовала себя виноватою пред этими несчастными детьми, — сказала она. — Если их нет, то они не несчастны по крайней мере, а если они несчастны, то я одна в этом виновата.

    — Зачем же мне дан разум, если я не употреблю его на то, чтобы не производить на свет несчастных? Она посмотрела на Долли, но, не дождавшись ответа, продолжала: — Я бы всегда чувствовала себя виноватою пред этими несчастными детьми, — сказала она. — Если их нет, то они не несчастны по крайней мере, а если они несчастны, то я одна в этом виновата.

    — Лев Николаевич Толстой · книга