21 цитата персонажа «Аня» для поста в соцсетях

Собрали 21 цитата персонажа «Аня» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Я же творческая личность, у меня могут быть какие-то увлечения. Но я же ему не изменяю. — Как это? — Ну, духовно не изменяю.

   — Я же творческая личность, у меня могут быть какие-то увлечения. Но я же ему не изменяю. — Как это? — Ну, духовно не изменяю.

   — Нонна · фильм
2. «

   Знаешь, мне кажется, мы могли бы состариться на одной подушке...

   Знаешь, мне кажется, мы могли бы состариться на одной подушке...

   — Сергей Минаев · книга
3. «

   — Эм, вы там демонов вызывали, чтобы натравить их на беднягу Киллара, что ли? — подавив нервный смешок, вызванный созерцанием этих фотографий, спросила я. — Нет, мы кулинарные рецепты зачитывали.

   — Эм, вы там демонов вызывали, чтобы натравить их на беднягу Киллара, что ли? — подавив нервный смешок, вызванный созерцанием этих фотографий, спросила я. — Нет, мы кулинарные рецепты зачитывали.

   — Ева Никольская · книга
4. «

   Может показаться, что единственный ребенок в семье должен чувствовать себя одиноко, но я никогда не была одинокой, потому что родители открыли для меня целый мир.

   Может показаться, что единственный ребенок в семье должен чувствовать себя одиноко, но я никогда не была одинокой, потому что родители открыли для меня целый мир.

   — Кетиль Бьёрнстад · книга
5. «

   Если у вас возвышенные мысли, то вам приходится употреблять возвышенные слова, чтобы их выразить.

   Если у вас возвышенные мысли, то вам приходится употреблять возвышенные слова, чтобы их выразить.

   — Люси Мод Монтгомери · книга
6. «

   Мы в ответе за тех, кому подрочили!

   Мы в ответе за тех, кому подрочили!

   — Святослав Элис · книга
7. «

   Поняла она и то, что любовь — это совсем не обязательно понимание, многого в любимом можно не понимать головой, но это обязательно приятие, когда принимаешь всего человека — разного, в разные его минуты, и всякого прощаешь: больного, раздраженного, уставшего от тебя самой — прощаешь и все. Она обнаружила, что можно любить недостатки.

   Поняла она и то, что любовь — это совсем не обязательно понимание, многого в любимом можно не понимать головой, но это обязательно приятие, когда принимаешь всего человека — разного, в разные его минуты, и всякого прощаешь: больного, раздраженного, уставшего от тебя самой — прощаешь и все. Она обнаружила, что можно любить недостатки.

   — Майя Кучерская · книга
8. «

   Когда начали ходить со свечками вокруг чаши, в комнате стало светлее; наконец-то рассвело, подумала Аня, но вдруг догадалась, что свет разросся не в комнате, а в ней. <...> И едва не задохнулась она от нахлынувшего восторга, от открывшейся перспективы — бесконечной. Ведь это только начало, едва преступлен порог, и уже так хорошо. А сколько еще ждет впереди, сколько радостей, открытий и тайн жизни во Христе.

   Когда начали ходить со свечками вокруг чаши, в комнате стало светлее; наконец-то рассвело, подумала Аня, но вдруг догадалась, что свет разросся не в комнате, а в ней. <...> И едва не задохнулась она от нахлынувшего восторга, от открывшейся перспективы — бесконечной. Ведь это только начало, едва преступлен порог, и уже так хорошо. А сколько еще ждет впереди, сколько радостей, открытий и тайн жизни во Христе.

   — Майя Кучерская · книга
9. «

   — Мы гроб закажем, поминки справим. Тебя найдем и закопаем… — напела Аня, раскачиваясь на кровати как маятник в тесной домовине напольных часов. Да, я уже ни раз слышала эту песенку. Соседская ребятня часто завывала ее под моими окнами, аккомпанируя себе хлопками и притоптыванием. Но от того, как напевала ее новенькая, волосы начинали невольно шевелиться.

   — Мы гроб закажем, поминки справим. Тебя найдем и закопаем… — напела Аня, раскачиваясь на кровати как маятник в тесной домовине напольных часов. Да, я уже ни раз слышала эту песенку. Соседская ребятня часто завывала ее под моими окнами, аккомпанируя себе хлопками и притоптыванием. Но от того, как напевала ее новенькая, волосы начинали невольно шевелиться.

   — Аня
10. «

    Хочется пожить в Монако, посидеть с бокалом шабли за тихим ужином на собственной яхте и закричать во все горло: «Жизнь удалась!»

    Хочется пожить в Монако, посидеть с бокалом шабли за тихим ужином на собственной яхте и закричать во все горло: «Жизнь удалась!»

    — Юлия Шилова · книга
11. «

    Не учи меня жить, лучше помоги материально!

    Не учи меня жить, лучше помоги материально!
12. «

    ... Я промолчала. Я умею глотать обиды и делать вид, что всё хорошо.

    ... Я промолчала. Я умею глотать обиды и делать вид, что всё хорошо.

    — Юлия Шилова · книга
13. «

    – Да вы, оказывается, революционеры! – презрительно усмехнулась девушка. – Какое благородство: грабите, убиваете, насилуете и похищаете. Воистину благородные натуры. – Да, – серьезно ответил Рог. – Это самое лучшее определение. И не смейся: все революционеры по своей сути всегда были бандитами.

    – Да вы, оказывается, революционеры! – презрительно усмехнулась девушка. – Какое благородство: грабите, убиваете, насилуете и похищаете. Воистину благородные натуры. – Да, – серьезно ответил Рог. – Это самое лучшее определение. И не смейся: все революционеры по своей сути всегда были бандитами.

    — Артём Каменистый · книга
14. «

    Намного проще жить с курицей, чем с жар-птицей.

    Намного проще жить с курицей, чем с жар-птицей.

    — Юлия Шилова · книга
15. «

    Ужас залепил глаза, уши, горло, тисками сжал сердце: это смерть была. И некому помочь, некому спасти ее. Хоть бы кто-нибудь, любой человек, те две собачки, жучки из бревенчатой стенки, просто кто-то живой… Ехала умирать, так чего ж ты трусишь, ехала умирать – на. Как хотелось ей теперь жаловаться и слабо плакать, может быть, даже просить прощенья — у Глеба, родителей, у всех, кого обидела зря. Да вот только где они? Поздно. Но разве знала она, что смерть – это так, что это не небытие, не забвенье — бездна, удушение, хлад. Раздавливает, как червяка, как лягушку, она не чувствовала больше собственного тела, только голова еще работала, но мысли путались — да, она об этом читала, последним умирает мозг, или наоборот?... И уже на грани исчезновения и утраты сознания, в страшном напряжении, с усилием вдохнув каплю воздуха в легкие, она выговорила наконец еле-еле: «Боже мой! Боже мой, помоги!»

    Ужас залепил глаза, уши, горло, тисками сжал сердце: это смерть была. И некому помочь, некому спасти ее. Хоть бы кто-нибудь, любой человек, те две собачки, жучки из бревенчатой стенки, просто кто-то живой… Ехала умирать, так чего ж ты трусишь, ехала умирать – на. Как хотелось ей теперь жаловаться и слабо плакать, может быть, даже просить прощенья — у Глеба, родителей, у всех, кого обидела зря. Да вот только где они? Поздно. Но разве знала она, что смерть – это так, что это не небытие, не забвенье — бездна, удушение, хлад. Раздавливает, как червяка, как лягушку, она не чувствовала больше собственного тела, только голова еще работала, но мысли путались — да, она об этом читала, последним умирает мозг, или наоборот?... И уже на грани исчезновения и утраты сознания, в страшном напряжении, с усилием вдохнув каплю воздуха в легкие, она выговорила наконец еле-еле: «Боже мой! Боже мой, помоги!»

    — Майя Кучерская · книга
16. «

    – На что ты согласна, мама? – отложив в сторону медведя, спросил меня сын. – На то, чтобы пожить в этом чудесном доме, милый. Тебе ведь тут нравится? – Не особо. – Да здравствует детская непосредственность! И что же делать? – Но если ты хочешь, мы поживем, – успокоил меня самый заботливый мужчина на свете.

    – На что ты согласна, мама? – отложив в сторону медведя, спросил меня сын. – На то, чтобы пожить в этом чудесном доме, милый. Тебе ведь тут нравится? – Не особо. – Да здравствует детская непосредственность! И что же делать? – Но если ты хочешь, мы поживем, – успокоил меня самый заботливый мужчина на свете.

    — Ева Никольская · книга
17. «

    — Позвонил! — Володька? Сам? Первый? — Сказал, что всё равно меня любит, готов простить и вернуться. — Да ты что... — А еще звонил Гоша... Сказал, что от жены ушёл... — Ничего себе. — А ещё Максим звонил своему агенту, чтобы тот снимал нам квартиру.. — И что ты теперь будешь делать? — Не знаю... никого из них видеть не хочу... ни-ко-го...

    — Позвонил! — Володька? Сам? Первый? — Сказал, что всё равно меня любит, готов простить и вернуться. — Да ты что... — А еще звонил Гоша... Сказал, что от жены ушёл... — Ничего себе. — А ещё Максим звонил своему агенту, чтобы тот снимал нам квартиру.. — И что ты теперь будешь делать? — Не знаю... никого из них видеть не хочу... ни-ко-го...

    — Нонна · фильм
18. «

    Если большие деньги портят, то нищета озлобляет.

    Если большие деньги портят, то нищета озлобляет.

    — Юлия Шилова · книга
19. «

    Меньше всего в этот вечер я ожидала снова увидеть Илью. Но он в лучших традициях бумеранга прилетел обратно, едва за окном стемнело.

    Меньше всего в этот вечер я ожидала снова увидеть Илью. Но он в лучших традициях бумеранга прилетел обратно, едва за окном стемнело.

    — Ева Никольская · книга
20. «

    Красивым накачанным молоденьким мальчикам нравятся точно такие же молодые красавцы.

    Красивым накачанным молоденьким мальчикам нравятся точно такие же молодые красавцы.

    — Юлия Шилова · книга